150 моих трупов

Оператора. В нашем случае – Сайхмара.

Сгорбившись над обрывом, он внимательно наблюдал за тем, как я опускался вниз. Я доверял ему. Но полный контроль над собой не дал. Не смог. Хотя это во многом бы меня обезопасило. Поэтому Инва стояла рядом. Страховала. В её взгляде легко читалось летящее спокойствие. Она пока не вступала в работу. Она ждала, когда это потребуется. И, вступив, она станет танцевать. На этот раз – мной.

Выполнить спуск без помощи обеих рук я не мог. Поэтому я вынужденно нарушил процесс восстановления плечевого сустава.

Однако родная механика не подводила меня. Работала как следует. Даже чуть легче прежнего.

Возведённая нами конструкция имела существенные недостатки. В целях безопасности следовало, чтобы нижнее тело стояло на почве. Правильно распределяло вес. Но времени на то, чтобы спустить вниз дополнительный труп, у нас не хватало. Поезд приближался слишком быстро.

Если пристально смотреть на то, как он возникал из летучей взвеси невесомых капель воды, то могло показаться, что это сам туман ему кузнец и мастер.

Прожектор, словно нож, сотканный из потустороннего света, резал утреннюю дымку над рельсами. Воздух, прямо как в поговорке Сайхмара, действительно дрожал. Земля действительно вибрировала. Приближающийся состав поражал воображение своей тяжестью. Даже повернувшись к нему спиной, я понимал, что это грузовой поезд. Необычайной длины.

Один из таких, что сейчас ещё невозможно сделать снова.

Пока я спускался вниз, ступая на плечи тел, находящихся подо мной, поезд налетел.

Воздух ударил мне в бок и спину. Воздух – как извечная волна из стали и движения. Мне не верилось, что гигант, надвигающийся на меня, словно неумолимая длань судьбы, – мёртв.

Локомотив пронёсся вслед за поднятой им воздушной волной. Мой мир заполнился до краёв грохотом его тяжёлых колёс по сверхпрочным рельсам. На какую-то секунду я понял, что потерял контроль над собой. Забыл дышать. Всё моё естество сосредоточилось лишь на том, чтобы чувствовать его – быстрого, жестокого. Неиссякаемого.

Я сорвался. Пролетел, должно быть, около двух метров. Приземлился на ноги, но не удержался. Упал на спину. Голову сберёг. Назад меня вздёрнуло тело, державшееся в цепочке третьим. Труп сухого и высокого, жилистого парня. Прирождённого бегуна.

Это вступила в работу Инва.

Не теряя времени, мы поспешили к поезду. Казавшиеся бесконечными, вагоны состава тяжёлой вереницей пробегали мимо. Шум, поднимаемый ими, тяжело давил на грудную клетку. Заливался в уши.