Я дам тебе крылья

Пётр подбежал к ней в воду, бесцеремонно схватил почти утопленницу в охапку, крикнув, что она безумная и сейчас утонет, но сквозь грохот грозы и рёв непогоды девушка его явно не услышала. Потащил её из воды, но Юля сначала воспротивилась, но потом просто обмякла в его объятиях и позволила себя вести.

Пётр жил в пяти минутах ходьбы от моря, но с Юлей в объятиях он добежал за две. У обоих зуб на зуб не попадал, они промокли насквозь, особенно девушка представляла собой жалкое зрелище – с неё ручейками стекала вода, макияж размазался по лицу, и она дрожала от холода.

Пётр быстро бросил ей:

– Просто переоденешься в сухое или хочешь согреться в горячей ванне?

Видя, как Юля вся трясётся и ничего не отвечает, пошёл, включил ей горячую воду и скомандовал:

– Иди в ванную. Отогревайся пока, а я сделаю нам чего-нибудь выпить, чтоб уж точно не заболеть.

Юля настолько продрогла, что не могла ни о чём думать, у неё от холода стучали зубы, с одежды и волос капало. Она не сопротивлялась и, не глядя на мужчину, послушалась и зашла ванную, где было тепло, залезла и взвыла – вода была почти кипяток.

– Всё хорошо? – крикнул ей Петя через дверь.

– Ты меня сварить решил?! – закричала Юля, неистово откручивая кран холодной воды.

Через несколько минут девушка пришла в себя, согрелась, успокоилась и наслаждалась теплом. Она больше не злилась на Сашу, её вдруг охватило беспокойство: «Я голая, в чужой ванной, в чужой квартире с малознакомым мужчиной, который меня пугает.

А что если он какой-нибудь маньяк? Никто же не знает, где я. И как меня угораздило?! Но ведь Петя хотел предупредить меня, а я ему не поверила. Он пошёл за мной, влез в море, вытащил. Он же спас меня! – осознала Юля, и стало стыдно перед Петром. – Ванну набрал, чтобы согреть, заботится обо мне, хотя ничего обо мне знает. Нет причин бояться его, хотя он и вёл себя странно».

Пётр просунул Юле свою футболку и шорты в дверь:

– Извини, женской одежды нет, кончилась, – нелепо пошутил он.

Девушка вытерлась, нацепила на голое тело его одежду, в которой просто утонула, и вдруг ощутила укол совести: «Даже не подумал ни разу заглянуть, а Саша стоял и лупился, пока я переодевалась. Какая же я дура!»

Когда Юля вышла из ванной, Петя пробежал мимо неё в одних трусах:

– Прости, иди на кухню, я переоденусь и приду, – сейчас он был совсем другим – каким-то весёлым, добрым, участливым. Он улыбнулся. – Кстати, тебе очень идёт моя одежда.