Я дам тебе крылья 2. Роковой Париж

Пётр внимательно смотрел на неё, продолжая покачиваться в кресле. Со своей ревностью, усталостью, мольбой в глазах Аня выглядела жалко. Он всегда знал её другой – эффектной, яркой, самоуверенной, и ни разу не испытывал жалости.

– Аня, поздно, – спокойно проговорил он. –  Оставь меня в покое, я не хочу ничего возвращать. Я не хочу быть с тобой.

Она снова вздохнула, опустив взгляд в пол и теребя пальцами флешку.

– Тебе уже пора, – прямо сказал Пётр и встал, жестом указывая в сторону прихожей.

Аня неохотно прошла к входной двери, где начала медленно надевать пиджак.

– Аня?! – он узнал её и удивился.

Незваная гостья бросила на него прищуренный взгляд, видимо, размышляя, откуда он её знает. Саша растерянно указал на Петра, потом на неё и спросил:

– Вы что опять вместе?!

– Нет, – отмахнулся от него Пётр и представил друга бывшей жене. – Аня, это Саша.

Тот расплылся в своей лучезарной улыбке, но Аня в ответ лишь оценивающе глянула и явно потеряла к нему всякий интерес, переключившись на туфли.

– Анечка, а ты что, уже уходишь? – ласково спросил он. Саша оживился, глаза у друга загорелись.

– Да, у Ани рейс, ей уже пора, – не дав ответить бывшей жене, опередил её Пётр и даже открыл для неё дверь.

– Вообще-то нет, – Аня улыбнулась Саше. – Рейс завтра, и вечер у меня свободен.

– Тогда оставайся! – Саша был доволен, как волк, к которому на обед добровольно прибежала стая зайцев.

– Нет! – строго выдал Пётр. – Ань, уходи. Ты обещала, что заберешь фотографии и уедешь.

Та растерянно посмотрела на Сашу. А тот заявление Петра проигнорировал, с заговорческим видом подошел ближе к Ане и тихо, но чтобы Пётр всё слышал, проговорил:

– Анечка, не слушай его. Оставайся, ты, наверное, устала с дороги. Позволь, я тебе помогу, – Саша даже помог ей снять пиджак.

– Так! Сань, Аня не останется! – возмутился Пётр .

Но Саше было всё равно, Петра он словно и не слышал. А Аня, найдя в его друге союзника, всячески потворствовала: поблагодарила его, придержала Сашу за предплечье, чтобы разуться.

– Петь, хватит тебе, прояви гостеприимство. В кои-то веки к нам забрела такая прекрасная гостья, – бросил ему друг и увлек Аню на кухню.

«Спелись!» – Пётр сердился на Саню, но того теперь было не оторвать от девушки. Он рассыпался в любезностях.