Весна безумия

Как тебе?

Тим ходил вдоль стены, разминал запястья, примеривался к пожарной лестнице, которая начиналась гораздо выше его роста. Подпрыгнул, подтянулся, с лёгкостью залез, проверил края.

– Да, давай отсюда, и сразу на крышу влезу. Можно там ещё снять, – Тим кувыркнулся в воздухе и приземлился рядом.

– Я на крышу не полезу, – нахмурился Паша. – Там из школы нет прохода на крышу, если только из окна лезть или с пожарной лестницы.

– Ладно, давай снимать. Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим, – Тим скинул сумку, снял куртку и остался в худи.

Паша достал из рюкзака стабилизатор для телефона, закрепил на нём свой айфон, навёл камеру на лестницу:

– Раз, два, три! Гоу!

Тим высоко подпрыгнул, схватился одной рукой за край, чуть качнулся и схватился второй, моментально подтянулся. Первой рукой уже перехватил перила и с размаха перелетел через них боком. Но по лестнице не побежал. Снова встал на перила и так же прыгнул на следующий ярус, снова подтянулся, поднял ноги и опять перелетел через перила.

Затем чуть разбежался, схватился за край крыши и, подтянувшись, залетел туда. Выглянул с крыши и показал нам лайк. Все движения чёткие, слаженные, быстрые. Ему потребовалось буквально пятнадцать секунд, он сделал это с ловкостью обезьяны. Я так и стояла с разинутым ртом и смотрела на крышу. Не было слов, одно немое восхищение.

– Давай теперь на крыльцо спускайся, а мы обойдём.

Я захватила с собой вещи Тима, и мы пошли с Пашей дальше. На заднем дворе оказался вход в школу, и там как раз располагалось крыльцо.

Тим стоял на крыше и примерялся.

– Спрыгнешь? – крикнул Паша.

– Да, я готов.

– Снимаю! – махнул рукой Паша, наведя камеру на Тима.

Тот чуть разогнался и, сделав сальто в воздухе, приземлился на крыльцо и затем проделал такой же трюк, но уже с крыши крыльца. Это выглядело профессионально. И Тим делал это с такой лёгкостью, будто всю жизнь только этим занимался. Подошёл к Паше, тот поднял ладонь, и Тим дал ему пять.

– Это очень круто! – я не сдержала слов восхищения.

– Пошли внутрь, по перилам покувыркаешься, – Паша кивнул на вход.

Внутри также царила разруха: стены исписаны граффити, под ногами кучи бутылок. По спине ползли мурашки. Мне здесь не нравилось. Мы с Пашей остались внизу, Тим поднялся на второй этаж. И в этот раз он с помощью сальто, лишь притормаживая себя на перилах, перелетел сквозь два лестничных пролёта.

– Ты прям в отличной форме! – Паша снова дать Тиму пять.