Зима отчаяния

Опознавал ее, – следователь зашелестел бумагами, – ее сиятельство князь Дмитрий Аркадьевич Литовцев…

Путилин присвистнул:

– Тот самый, – Сабуров кивнул, – но какое отношение к нему имела девица Дорио? – Сабуров пожал плечами.

– Ее последним адресом в столице указан особняк Литовцевых. Она значилась в списке безвестно пропавших. Его сиятельство известили, он приехал в полицейский морг…

Путилин велел:

– Надо с ним встретиться. Вряд ли Литовцевы имееют отношение к убитым, но таков порядок…

Сабуров отозвался:

– Непременно.

До особняка Литовцевых на Мойке Сабуров дошел пешком. В кармане потрепанного пальто следователя таилось аккуратно свернутое письмо. Его сиятельство князь Дмитрий Аркадьевич щеголял небрежно элегантным почерком. Таких людейне вызвали в сыскное управление на Офицерской. В присутственных коридорах Литовцева называли восходящей звездой министерства иностранных дел.

Максим Михайлович решил, что его сиятельство не сталкивался с отцом Сабурова.

Когда Литовцев, закончив Петербургский университет, поступил на государственную службу, Михаил Максимович несколько лет как лежал в параличе. Будущий следователь, тогда студент императорского училища правоведения, бегал по частным урокам.

Неосторожно ступив в очередную лужу, следователь поморщился. Растаявший снег хлюпнул в ботинке. Сабуров вовремя отскочил подальше от поребрика.

Мимо пронеслась пролетка с закутанной в меха барышней. Соболиная шапочка с вуалью прикрывала черные волосы, девушка надменно смотрела вперед.

– Это не Пески, – пробормотал Сабуров, – мы в дворянском гнезде…

Сабуров читал все книжные новинки. Покойный отец, постепенно теряя зрение, все равно интересовался литературными журналами. Сабуров привык читать ему вслух. Отряхнув казенную черную шинель, он сверился с эмалевой табличкой на углу здания. Его сиятельство обретался в родовом особняке на углу Английского проспекта.

В записке, полученной Сабуровым, князь Дмитрий Аркадьевич сообщал, что ждет его к одиннадцати утра.

Следователь оценил энергию статского советника. Послав полицейского на Мойку в девять, Сабуров немедленно получил ответ.

– Буду рад помочь следствию, – писал Литовцев, – хотя вряд ли я обладаю нужными сведениями.

Взявшись за медное кольцо ручки, Сабуров пробормотал:

– Это мы еще посмотрим.

– Мне назначено, – вежливо сказал следователь швейцару в ливрее, – его сиятельство меня ждет.