Волчья луна, или Ошибка альфы

– Значит, он – воин, – продолжила свою мысль.

– Понятное дело, что воин, не пахарь же, – хохотнула травница.

Мужчина действительно чем-то напоминал русского богатыря из былин. Был высок и статен, а ручищи-то просто огромные, вот только тепло было рядом с ним, а от Торвуда холодом веяло.

Рука, удерживающая корзинку, дернулась.

– Позволь помочь тебе, красавица, – лучисто улыбаясь, предложил Яр, а сам уже и ношу мою перехватил, медведица лишь хмыкнула задумчиво и дальше потащила.

Вот уже и уютный домик Ледьяны впереди.

– Ты иди, Сашенька, отвар поставь, да на стол накрой. Мне с воеводой потолковать надо, – я пожала плечами и скрылась внутри, забрав корзинку с лакомством.

Ледьяна

Некстати явился воевода, ох, некстати. Не хотела ведь девочка, чтобы нашли ее, но этот упрямец, похоже, станет добиваться внимания Саши, да только задурить ей голову не позволю. Пусть со столичными медведицами, да хоть с кошками развлекается.

– Скажи-ка мне, Яр, что за виды у тебя на внучку мою? – сверля взглядом воеводу, совсем, как в детстве, когда отчитывала их с юным князем, что опять в чужой сад залезли, спросила его.

– Не родственницы вы, знаешь же, что вижу. Волчьего рода она. Род Колвудов, не так ли? – возразил он.

– Никому не слова об этом. Досталось там девочке, да и Дария нет больше, – вздохнула, вновь сожалея об уходе столь достойного двуликого.

– Как нет? – на секунду опешил Ярослав.

– Это долгий разговор, да и не моя тайна. Захочет, сама расскажет тебе. А ты, чтобы с глупостями всякими не лез, ясно? Вмиг отважу! – рыкнула угрожающе.

– Пара она мне, – едва слышно выдохнул воевода. – Как ее аромат почуял, едва голову не потерял от счастья, потому и напугал, даже обратиться сразу не смог.

– Нелегко тебе придется, сынок. Да только не торопи ее, ухаживай, залечи израненное сердечко, но главное – никому про нее не рассказывай, – медведь серьезно кивнул, только тогда и пропустила его внутрь.

Александра Вяземцева

Ярослав с Ледьяной вошли, едва я накрыла на стол: и блинов со сметаной и вареньем, и пирожков бабушкиных, хотя, что-то мне подсказывало, мужчина с большим удовольствием мяса бы съел. А он ничего, счастливо жмурясь, обмакивает блин в варенье и сметану, и нахваливает мои кулинарные способности.