Погасшие звезды Ахирона

Как он ни старался, выгнать меня не удалось, Артуру пришлось смириться с моим постоянным присутствием рядом со старшим пилотом Кроуфорд. После очередной бессонной ночи возле ее постели, пришло, наконец, подтверждение от службы безопасности Альтернеи. Нас признали парой. Родители прислали поздравление, которое я даже толком не читал. Все потом, когда мой свет очнется, но она все не просыпалась. Док становился все задумчивее, растерянно разводя руками.

– Не понимаю, – говорил он, – все показатели почти в норме, ей давно уже пора было прийти в себя, но ее словно что-то держит, не пуская обратно.

У моего народа есть легенда, что дух воина, получившего слишком серьезные ранения в бою, разделяется с телом, оказываясь на перепутье: соединиться с вечным космосом или остаться. Если у него нет якоря – кого-то близкого и родного, дух уходит в вечность, но его можно позвать обратно. Связь должна быть сильна, тогда воин воссоединится с плотью и снова ступит в мир живых. И я звал, умолял мою девочку вернуться, она услышала и пришла в себя.

Чистое незамутненное счастье затопило все мое существо, заставляя сердце трепетать. Упал на колени возле узкой койки и просто дышал ею, осторожно сжимая длинные пальчики. Мне требовался ее аромат, тепло ее кожи, нежное журчание голоса, вся она целиком. Мне хотелось так много в этот момент, что самому от себя становилось страшно, не выдержу, сорвусь, напугаю своим напором. Тонкое дрожащее стекло тишины разобьется, осыпая колкими осколками ненужных сейчас слов.

Приближение врача и капитана услышал не за долго до их появления:

– Я всегда буду рядом, моя малышка, – шепнул ей и снова замер, так и не поднявшись с колен.

Лок вновь пытался выставить меня, а Гаррисон отстаивал мое право остаться, ничего нового, если бы не странная категоричность кэпа в этот раз и его пугающая фраза о некоем срочном деле.

Каюта капитана, практически ничем не отличавшаяся от других офицерских комнат, разве что была немного больше, встретила меня привычным идеальным порядком и некоей аскетичностью. У мужчины не было семьи, а родственников не осталось. Вся его жизнь прошла на Виктории в служении своей стране.