Ветер, ножницы, бумага, или V. S. скрапбукеры

Он откинулся на спинку стула, вытер уголки рта салфеткой, довольно улыбнулся и спросил:

– Ну, как прошел первый рабочий день? Расскажи поподробнее, как тебе сотрудники, что было интересного?

– Папа, извини, я сегодня очень устала, пойду к себе.

– Мне не нравится, как ты выглядишь.

Софья выпрямила спину и потянулась к тарелке с ветчиной:

– Я, пожалуй, возьму еще кусочек, такая вкуснятина.

– Что-нибудь не так? – настаивал отец. – Ты справляешься с работой? Проблем нет?

– Все в порядке.

Отец вдруг стукнул кулаком по столу, да так, что тарелки подпрыгнули, Софья привычно вжалась в стул, по коже побежали мурашки.

– Главное, с первого дня правильно расставить все точки над «и»! Чтоб каждый знал свое место. Соблюдай дистанцию, требуй, чтобы тебя звали только по имени и отчеству, и коллеги, и подчиненные. Тебе дали отдельный кабинет?

Софья поковыряла вилкой в салате, потом промямлила:

– У них там нет отдельных кабинетов, – и тут же громко добавила: – Но меня посадили за самый лучший стол, откуда я всех могу видеть.

– И все-таки у тебя несчастный вид. В пятницу позвоню вашему директору, узнаю, как ты там справляешься.

Софья поперхнулась, закашлялась так, что из глаз выступили слезы.

– Вечно торопишься за едой, – проворчал отец.

Она вдруг подумала, что отец и офис – одинаковые по ощущениям. Принадлежат друг другу, как две стороны одной монеты. Что с решки, что с орла, а все одно и то же – холодный на ощупь металл.

– Бери горячее. – Мама пристраивала на столе блюдо с курицей и картошкой.

– Нет, спасибо, ма. Я уже наелась. Попью чаю у себя, наверху.

– Не понимаю, как ты можешь жить посреди этого склада барахла… – донеслось вслед, когда она уже поднималась наверх.

Если всю остальную квартиру Софья от души ненавидела, то свою мансарду с такой же силой любила. То, что для отца было «помойкой, складом барахла и старого хлама», а для матери – «настоящим свинарником», для Софьи превращалось в уютную нору, куда она могла провалиться, как Алиса в Страну чудес.

Одна стена мансарды представляла собой огромное окно, от пола и до потолка, в нижней части огражденное кованой решеткой.