Дочки-матери

 – Выклянчила, таки, да?

Олеська перестала улыбаться и сверкнула гневно глазами:

– Не твое дело! Ты мои пироги в кухне не подъедай, к жене своей топай восвояси! Как ни посмотрю, вечно ты у нас харчуешься! Тебе что, твоя Любка совсем не готовит?

– Тьфу-ты, а тебе еды для родного брата жалко стало? – скривив лицо в презрительной гримасе, поинтересовался Кирьян.

Он выкрикнул это нарочито громко, отчего встрепенулась за стенкой кухни задремавшая было, мать.

Орлицей выбежала стареющая женщина к детям. Фая не любила ссор между детьми в доме, поэтому всегда вклинивалась в любое недоразумение.

– Что случилось, почто кричите? Девчат разбудите, я ж их еле спать уложила! Кирьян, иди, вели Юльке тебе диван в зале расстелить! Олеська, не буянь, на столе лучше прибери!

Так конфликт был потушен.

Кирьян с довольным видом проследовал за матерью. Он показал сестре язык, а та затряслась от злости и отвернулась к столу.

Глава 3

Тамара была очень, очень зла: вчера вечером из окна своей квартиры она имела возможность узреть пренеприятнейшую картину: к соседке Вике (которую она себе в невестки присмотрела) начал приезжать приличного вида молодой человек.

– Мажор какой-то, – нервно подметила женщина, со злостью задернув шторку.

Викин ухажер ей прямо скажем, занозой засел в самом сердце.

И где его Вика откопала?

Всем то он, как назло, хорош: брючки носит отутюженные, рубашка на накачанном торсе сидит превосходно и лицо лощеное, что у гуся.

И что самое обидное: при нем автомобиль заграничный.

– Вот ведь, какая незадача, – огорчилась Тамара.

Еле дождалась возвращения блудного сына. Методично присела ему на уши:

– Вот, ты всё по девочкам носишься и не видишь, что Вику скоро упустим!

– Какую Вику? – не понял сын. – Соседку что ли? Да ты что мать, она не в моем вкусе. Холодная, ни рыба, ни мясо. Чувства юмора у нее нет, шуток не понимает! Другие девчонки смеются взахлеб, она одна с каменным лицом мимо проходит!

– Здрасьте, приехали! А тебе оно зачем, чувство юмора? – поразилась Тамара.

Сын, Витька, только вздохнул тяжко и улизнул из дома, пока Тамара громко выговаривала сыну претензии и учила жизни. То, что сын сбежал, не став ее слушать, Тамара поняла, когда в окно выглянула: Витька несся по тропинке от дома к автобусной остановке.

В руках у балбеса Тамара гитару увидела.