Серебряные крылья для Мышки

От обиды у меня увлажнились глаза, но я заставила себя сдержаться. Нельзя, чтобы негодяи видели мои слезы.

Убедившись, что в сундучке достаточно денег, главарь наемников велел упрятать меня обратно в карету. Сам он забрался внутрь и, устроившись напротив, снял с шеи черный платок.

– Тебе нужно завязать глаза, – сообщил он.

– Завязывайте, раз нужно, – буркнула я.

Но когда он потянулся, вцепилась зубами ему в ладонь. Дамиан схватил меня за шиворот, как собачонку, и так вывернул, что я застонала от боли и разжала челюсть.

– Еще раз так сделаешь, – пригрозил он, – останешься без глаз.

В его голосе послышался звенящий металл, и я невольно вжала голову в плечи. Тоже мне, храбрая.

В карете и так было темно, но с повязкой стало еще и жутко. Мы тронулись. Я слышала цокот копыт о булыжник и чувствовала кожей, что мой похититель был совсем рядом. Протяни руку.

– Вы меня изнасилуете? – спросила я зачем-то вслух.

И от одной этой мысли кожа покрылась мурашками.

Наемник хохотнул.

– Если хорошенько попросишь.

От напряжения внутри что-то лопнуло, и я рассмеялась. Негромко, но явно нездорово. Жаль, не видела лица Дамиана.

Мой похититель проявлял чудеса такта и не перебивал, пока я не отсмеялась вволю, и на глаза не навернулись слёзы. Впрочем, их скрывала повязка.

– Что вы будете со мной делать? – спросила я, с трудом успокоившись.

– Продам тому, кто больше заплатит, – ответил Дамиан таким тоном, словно рассуждал о погоде на завтра.

«Логично, да.

– Почему все так реагируют на цвет моих волос? – решила я спросить.

– А тебе не говорили? – Дамиан удивился. – В старину люди думали, что опалённые, как вас называли, приносили роду несчастья. Поэтому таких детей отдавали в жертву драконам.

– Драконам? – я не поверила своим ушам.

Я почувствовала, что Дамиан улыбнулся.

– Не бойся, детка, последнего дракона видели несколько веков назад.

От «детки» меня передернуло. Был у меня бывший парень, который мнил себя крутым пацаном, а на деле оказался пшик. Одолжил денег на починку машины и так и не вернул.

– Уж лучше зовите Мышкой, – я надула губы.

– Что ж, Мышка, – сказал он. – Если будешь слушаться и примерно себя вести, наше знакомство будет скоротечным и необременительным.

Это было, конечно, хорошо. Жить в плену у наёмников мне не хотелось.