Пыль у дороги

Грионт зачерпнул ложкой суп, осторожно, боясь нарушить тишину. Отчасти он завидовал оставленному в неведении Лину, который сейчас сидел за партой в школе. Мать выглядела бледной и усталой. Уже вторую ночь никто из них, кроме младшего, не мог заснуть. Время в доме остановилось.

Проводив тогда Эри, Грионт рассказал обо всем родителям. Фридлин начал причитать, чем они так прогневили Ксандров, и ожидаемо обрушился на него:

– Ты обидел Елену? Натаниэль на это только ради дочери пошел бы. Конец планам на ваш брак.

– Не трогай ребенка! – воскликнула Лидия, вцепившись мужу в руку. – Я предупреждала, что все это плохо кончится. Эри-то, ловкачка, сама сбежала. Да еще и лучшую лошадь забрала. Или ты сам отдал?

Она с подозрением посмотрела на сына. Грионт почувствовал слабость в коленях и, сглотнув, выдавил:

– Нет, она украла ее.

– Вот! – Лидия цокнула языком и принялась кружить по кухне.

– Ну что теперь делать, – Фридлин обреченно опустился на лавку.

Часы показывали двенадцать. Вместе с боем послышался настойчивый стук в дверь. На ватных ногах глава семейства пошел открывать. Может, еще и обойдется. В конце концов, девушка сбежала, и Охотникам лучше бы идти по следу, что им до обычных крестьян.

В проеме стояли трое.

– Вы Фридлин? – вежливо поинтересовался мужчина в широкополой шляпе с плюмажем. – Позвольте войти.

Грионт невольно вжал голову в плечи.

Впереди был, видимо, капитан. На вид лет двадцати пяти, белокожий, с глазами цвета стали. Черты лица безупречны, как у мраморной статуи. Поверх отбеленной рубашки легкая кольчуга с широким кожаным поясом, за который вставлен изогнутый аргонский кинжал. На ногах военные сапоги, начищенные до блеска. У бедра в ножнах узкий меч с изящной гардой. На плечах темно-зеленый плащ, а на груди выпуклый медальон в форме летящего на добычу орла.

Такой же был и у стоявшего за ним коренастого парня лет двадцати четырех.

Из-за его спины выглядывал худой лучник в темно-синем плаще с капюшоном. Этот казался совсем молодым, двадцать один год от силы. Русый, голубоглазый, с еще детским выражением лица.

Грионту подумалось, что вот так и он мог бы стать Охотником и наводить ужас на крестьян.