Ящик Пандоры

 – Что ж, раз вы, наконец, здесь, значит, вам есть что мне рассказать, а мне – что послушать!

– Логика всегда была твоей сильно стороной, – ответил Кейн, счастливо улыбнувшись, – Но по какой-то причине ты ничего не помнишь! Когда мы с тобой расстались в последний раз, ты отправился на Галактический Совет на Илионе как раз в тот момент, когда на него было совершенно нападение, и страшный взрыв погубил множество жизней! С тех самых пор мы разыскивали тебя, отказываясь верить в твою гибель и, как видишь, были совершенно правы!

– А зачем я отправился на Галактический Совет, позвольте спросить? – озадаченно поморщился Тарион, почесав голову, – Кто вы, и что вообще нас связывает?

– Дааа, – в свою очередь почесал голову Кейн, – Большая предстоит работа… А ты думаешь, сам-то ты кто? Головорез из подворотни? Ты – один из советников Илиона, и наш самый большой друг! Основная проблема теперь в том, что ты из нас – самый умный, – продолжал Кейн, – И никто не сможет рассказать тебе столько, чтобы компенсировать потери!

– В общем, нам нужно скорее на Армаон, – сказал Драам, – Может быть, Маарв со сморгом смогут вернуть тебе память… Потому что, иначе… Черт побери, Кейн прав – это действительно проблема!

IV

Выйдя из капсулы регенерации, Тарион с удивлением осматривал внутреннюю конструкцию Армаона – это была естественная реакция любого, кто первый раз это видел, или не видел очень давно.

– Память к нему вернется, – констатировал сморг, – Рано или поздно – зависит об обстановки и от нас с вами! Мы все должны по очереди рассказывать ему что-то такое, что могло бы вытащить его сознание из клетки, в которой оно оказалось!

– До того, как мы покинем эту планету, мы должны навестить тут кое-кого и забрать мои вещи, – сказал Тарион, которого подсознательно беспокоила внешняя напряженность и повышенное внимание к его персоне, – Одного уважаемого баджарца, который доставил меня сюда какое-то время назад.

– Твои вещи? – переспросил Маарв, – И много у тебя их было?

Тарион, пожав плечами, достал из-за пазухи небольшой, аккуратно сложенный несколько раз кусок плотной ткани и бережно его развернул.

– Вот всё, что у меня было! – сказал он, показывая друзьям.