Заклятие древних маори. Последний занавес

Теплые и невесомые, как туманная дымка, капли дождя нежно ласкали ее лицо. Пряный аромат влажной земли позволял хоть ненадолго забыть о тяжелом запахе серы, а легкий бриз доносил из-за гор свежее дыхание океана. День был такой чудесный, что она даже забыла на время о грядущих невзгодах. Ничто в это утро не могло омрачить ее настроения.

Коробка из Окленда лежала под почтовым ящиком, наполовину скрытая высокой травой и батонами. В первое мгновение Барбара решила, что ее оставили по ошибке, затем подумала, что посылка, видимо, адресована Гаунту или Дайкону Беллу, и вдруг прочла свое имя! В ее мозгу лихорадочно замелькали самые невероятные предположения.

Незнакомая тетя Винни прислала очередную кучу тряпья, никому не нужных обносков. Да, наверняка. Но что это? Сверкающий ярлык, яркие краски, новозеландские марки и печать на упаковке…

Новехонькое, с иголочки, безукоризненно отутюженное и сложенное платье.

Неизвестно, сколько простояла бы Барбара на коленях в мокрой траве перед этим чудом, если бы на украшавшие платье стальные звездочки не упали первые капли дождя.

Девушка проворно завернула платье в бумагу и положила в коробку, но встать никак не могла. В голове клубился туман, колени предательски дрожали.

– Что там у тебя? – спросил сзади грубоватый голос.

Барбара обернулась и устремила на подошедшего Саймона взгляд, в котором читались одновременно радость и недоумение.

– Это не мое, Сим, – пролепетала она. – Здесь какая-то ошибка.

Саймон спросил, что находится в посылке.

Барбара уже стащила с себя макинтош и бережно завернула в него драгоценную коробку.

– Потрясное черное платье, – ответила девушка. – С тремя звездами. И еще какие-то вещи. Я даже не посмотрела. Это ведь не мое.

– Тетя Винни, что ли?

– Нет, тетя такие вещи не посылает. Платье совершенно новое. Ненадеванное. Да и прислали его из Окленда. Должно быть, здесь где-то есть другая Барбара Клэр.

– Ты, верно, спятила, – сказал Саймон. – А вдруг она денег прислала или еще чего. И зачем ты плащ-то сняла? Промокнешь.

Барбара встала, прижимая к груди огромную коробку.

– Но все-таки на ней – мое имя! И адрес наш. А внутри конверт, тоже адресованный мне.

– А в нем что?

– Я не смотрела.

– Ты что, дура?

– Не может быть, чтобы это предназначалось мне.

– Вы только полюбуйтесь на нее, – вышел из себя Саймон. – Большей идиотки я не встречал.

Недовольно махнув рукой, он поднял крышку почтового ящика.

– Так, от дяди Джеймса открытка.