Заклятие древних маори. Последний занавес

 – Полицейских? Военных? В Новой Зеландии имеется что-нибудь вроде нашей секретной службы? В чем дело?

Саймон внезапно вскрикнул, и карандаш Дайкона царапнул бумагу.

– Есть тут один малый из Скотленд-Ярда. Крупная шишка. Пару недель назад о нем написали в местной газете. Если верить статье, его прислали сюда ловить шпионов, а дядя Джеймс предложил засадить репортеров в тюрягу – чтобы не выдавали военные тайны. Вот кто нам нужен! Хочешь добиться результата – ступай к начальству!

– Как его зовут? – спросил Дайкон.

– Вот в том-то и беда, – сокрушенно поскреб макушку Саймон. – Совсем из головы вылетело.

III

Барбара и Гаунт не стали подниматься на пик. Они лишь проводили взглядом Саймона и Дайкона, которые карабкались по тропе, цепляясь за изгородь и время от времени поскальзываясь на короткой траве и зыбкой почве.

– При одной лишь мысли о восхождении нога начинает ныть, – признался Гаунт. – Может, прогуляемся к морю? Что за дурацкая затея – забраться в поднебесье, чтобы пялиться на тонущий корабль! Нельзя уж и затонуть спокойно.

Барбара охотно согласилась – да и кто бы не согласился, когда актер говорил таким располагающим, проникновенным и дружеским тоном. Впервые за все время они остались вдвоем.

Актер с девушкой спустились на берег. Гаунт растянулся на песке с молодецкой удалью, которая изрядно разозлила бы его секретаря. Барбара опустилась рядом с ним на колени, подставив лицо свежему бризу.

– По-моему, вам стоит всегда зачесывать волосы назад, – произнес Гаунт. – Это вам очень идет.

– Вот так? – Барбара поднесла руки к волосам. Ее легкое хлопчатобумажное платье, обдуваемое ветром, обтягивало фигурку девушки так, словно насквозь промокло под дождем. Перехватив взгляд Барбары, Гаунт быстро оторвал взгляд от ее груди.

– Да, так гораздо лучше. Никаких завитушек и прочей ерунды. Просто и красиво.

– Это приказ? – улыбнулась Барбара.

Одно удовольствие – говорить с ней.

– Просьба.

– У меня слишком узкое лицо.

– Именно в таком лице и ощущается истинная красота. Я даже как-то раз сказал Дайкону, что вы… Впрочем, не буду вас смущать – это дурно. Все из-за того, – закончил тираду Гаунт в излюбленной им манере Рочестера, – что я не привык скрывать свои мысли или кривить душой. Вас это не обижает?

– Нет, – промолвила Барбара, вдруг растерявшись.