Старые девы в опасности. Снести ему голову!

Он также прислал роскошные цветные открытки с видами Приморских Альп…

– Да-а?! Можно я возьму их себе?

– …на открытках мистер Гарбель нарисовал стрелочки, указывающие на то место, где стоит его дом, которого не видно, потому что снимки слишком мелкие, а также на дорогу, ведущую в дом, куда он иногда наведывается в гости. Только тот дом вообще не попал на открытку.

– Вроде картинки-загадки, да?

– Вроде. Еще он написал маме, как в пору своей молодости, когда он изучал химию в Кембридже, чуть было не познакомился с маминой двоюродной бабушкой, приходившейся ему троюродной теткой.

– Он взрыватель?

– Нет, он изучал другую химию. Когда он посылает маме подарки в виде использованных билетов и старых газет, он всегда делает приписку: «Посылает П. Е. Гарбель, улица Фиалок, Роквиль, миссис Агате Аллейн (урожденной Трой), дочери Стивена и Гарриет Трой (урожденной Бейнтон) и так далее…»

– Мам, это ведь о тебе, да?.. Ну, рассказывай дальше.

– Рики, – удивился отец, – неужели тебе интересно слушать про мистера Гарбеля?

– Да, мне нравится, – сказал Рики.

– Не думаю.

– А про тебя?

– Он выразил предположение, что маме захочется прочитать мне некоторые отрывки из его писем.

– Мы можем поехать к нему?

– Да, – сказал Аллейн. – Думаю, у нас есть такая возможность.

Трой, оторвавшись от работы, изумленно глянула на мужа.

– Что ты такое говоришь? – воскликнула она.

– Мама, пять минут прошли? Точно прошли. Значит, мне можно слезть?

– Да, спасибо, мое солнышко.

– Например, поехать к мистеру Гарбелю.

– Боюсь, – сказала Трой, – папочка, бедняжка, сболтнул, не подумав.

– Ну тогда… Не прокатиться ли нам в Вавилон? – предложил Рики, искоса поглядев на отца.

– Ладно, – простонал Аллейн, изображая отчаяние. – Отлично. Прекрасно. Поехали!

Он одним махом усадил визжащего от радости Рики себе на плечи и ухватил его за лодыжки.

– Хорошая лошадка! – вопил Рики, похлопывая отца по щеке.

Трой с нежностью взглянула на сына.

– Скажи няне, что я разрешила выдать тебе на ужин двойную порцию.

– А клубничного джема тоже двойную порцию?

– Если он остался…

– Класс! – обрадовался Рики и огласил комнату воплем голодного неандертальца. – Ветроногая лошадка! – прокричал он, и родители дружно подхватили:

Сколько миль до Вавилона?

Сотня и еще десяток.