Снести ему голову!

– Дедушка! – возмущенно воскликнула Камилла. – Она же слышала вас! Ну как вы могли! Вы же оскорбили ее чувства – а ведь она не англичанка…

– Помолчи.

– С какой это стати я должна молчать?

К всеобщему удивлению, при этих словах Эрни разразился визгливым смехом.

– Ну чисто мать! Она, заноза! – выкрикнул он, ткнув Камиллу пальцем в ребра. – Нет, вы только послушайте!

Старик Вильям гневно сверкнул глазами на внучку.

– У-ух, дурная кровь! – мрачно прогудел он.

Однако Камилла ничуть не смутилась.

– Ну хватит! – дерзко продолжала она. – Вы сами не умеете себя вести – прямо как переигравший резонер или злодей! Не обижайтесь, дедушка, но это просто залепуха!

– Что это еще за странные словечки?

– Если хотите знать – театральный жаргон.

– Ах, театральный! – прогремел он. – Может, ты еще скажешь мне, что ты позоришь наш род, занимаясь этой ерундой?! Это же чертова лавочка – весь ваш театр!

– При всем моем уважении, дедушка, вы несете полную чушь.

– И это моя внучка! – вскричал он так, словно выступал на сцене.

Нэт и Энди, как и полагается близнецам, хором воскликнули:

– О господи!

Хозяин гостиницы не выдержал:

– Эй вы, потише, честной народ!

– Не понимаю, что вы хотели этим сказать, – с жаром возразила Камилла. – Если вы имеете в виду вероисповедание моего отца, так вам прекрасно известно, что я его не разделяю.

– А чем это лучше? – продолжал неистовствовать Вильям. – Небось наплевала на истинную веру, а сама хороводишься с проклятыми католиками!

Он подошел к ней вплотную. Лицо старика было перекошено от злости.

– У-у-у! – Не зная, что еще сказать, он просто вытянул вперед губы и заревел ей в лицо.

На это, к своему собственному удивлению, Камилла выпалила:

– Да нет же, честно! Господи, дедушка, вы прямо как ребенок! – и… поцеловала его.

– Ну и ну! Браво! – воскликнула Трикси, хлопая в ладоши.

Том Плоуман прислушался:

– Никак еще кто идет…

Входная дверь распахнулась, и на пороге появился высокий мужчина в драповом пальто.

– Добрый вечер, мистер Бегг, – приветливо кивнула Трикси.

– Ну-с, как поживает наш Триксик? – поинтересовался летчик-командир Саймон Бегг.