Последний занавес

Но Седрик, продолжая говорить необычно естественным голосом и указывая белым пальцем на бриллиантовую звезду, громко выдохнул:

– Господи, но ведь это же Солнечный диск, из коллекции прапрапрабабушки Анкред!

– Славная вещица, верно? – так же громко откликнулась мисс Орринкурт. – Меня прямо в дрожь бросает.

– Увы, в наши трудные времена, – мягко проговорил сэр Генри, помогая Трой переступить через порог, – не всегда получается встретить почетного гостя так, как хотелось бы. Небольшой скромный банкет, сказал бы старик Капулетти.

Ну что, пойдем?

IV

«Небольшой скромный банкет» свидетельствовал, что поклонники таланта сэра Генри в английских доминионах и Соединенных Штатах Америки никогда не забывали своего кумира. Ничего подобного Трой не видела уже много лет. Сам он, заметила она, ел какое-то месиво, пропущенное предварительно через сито. Беседа шла общая, ни о чем и звучала так, словно текст был выучен заранее. На драгоценности мисс Орринкурт не смотреть было трудно. Трой заметила, что и сами Анкреды все время бросают на них взгляды исподтишка.

Сэр Генри вел себя, как и прежде, обходительно, по-светски и, на взгляд Трой, изысканно. Комплименты его, в высшей степени искусные, отклонить было трудно. Он заговорил о ее работах, спросил, не писала ли она автопортретов.

– Только в ученические годы, когда мне не на что было нанять натурщика, – откликнулась Трой.

– Жаль, жаль. А то бы одарили нас безупречным изображением безупречной натуры.

«Сила», – подумала Трой.

Пили «Рудсхаймер».

Когда Баркер остановился подле него, сэр Генри, со словами, что сегодня особый случай, согласился выпить полбокала. Миллимент и Полин с беспокойством на него посмотрели.

– Папа?, дорогой, – заговорила Полин. – Думаешь?..

И Миллимент, следом:

– Да, папа?. Ты действительно считаешь?..

– Считаю что? – Он посмотрел на обеих.

– Вино, – не в лад пробормотали они. – Доктор Уизерс… нежелательно… однако же…

– Наливайте, Баркер, – решительно скомандовал сэр Генри, – наливайте.

Со стороны Полин и Миллимент до Трой донесся легкий вздох.

За столом возникло некоторое напряжение. Пол и Фенелла молчали. Седрик, сидевший по правую руку от Трой, обстреливал целыми очередями слов любого, кто готов был его слушать. Поток комплиментов сэра Генри продолжался без перерыва все три перемены блюд, и, к огорчению Трой, мисс Орринкурт начала выказывать явные признаки враждебности. Она сидела слева от сэра Генри, а по другую руку от нее – Пол.