Последний рубеж. Роковая ошибка

– Какой забавный тип, – мимоходом заметил официант, имея в виду Ферранта.

Когда Рики вышел из кафе, Феррант помахал ему рукой.

Рики отправился обратно в город, чувствуя себя пристыженным. Больше всего он мучился от сознания того, что к этому времени Феррант рассказал Сиду про дыру в газете.

Жара превратилась в пекло, накалившиеся булыжники мостовой обжигали ступни. Рики дошел до набережной и спрятался от жары в деревянной беседке. Там он сбросил сандалии, закурил трубку, и ему стало легче.

«Островная красавица» все еще стояла у причала. После ссоры с Сидом Рики забыл узнать, когда паром отплывает обратно в Маунтджой. Может быть, на этом стоит поставить точку, вернуться и заняться наконец книгой?

Отдыхающие из Франции приезжали и уезжали, к полудню жара еще усилилась, беседка почти не спасала от зноя. Рики поковылял к группе из трех гостиниц, у каждой из которых был частный пляж. Он зашел в первую из них под названием «Прекрасный берег», взял напрокат плавки и полотенце и пошел купаться среди чинных буржуа, надеясь, что море освежит его и поднимет настроение.

Вскоре он проголодался. Не в силах даже подумать о том, чтобы куда-то снова тащиться по раскаленным улицам, он вернулся в отель на такси, пообедал в маленькой темной столовой, удалился в номер и крепко заснул.

Проснулся Рики в три часа дня, чувствуя себя прескверно, и выглянул на улицу. Слышались раскаты грома, с севера на город наползали свинцовые тучи.

Рики принадлежал к числу людей, плохо переносящих грозы. От них у него шли мурашки по телу, и появлялось ощущение надвигающейся катастрофы. В детстве его вообще лихорадило от волнения: ему то хотелось спрятаться куда-нибудь подальше, то встать у окна или даже выйти на улицу и посмотреть в глаза страху.

Комнату озарила молния. Рики непроизвольно считал секунды. Одна, две… На седьмой прогремел гром. Это означало (по крайней мере, Рики всегда так думал), что сама гроза бушует на расстоянии семи миль от города и неизвестно, дойдет ли вообще до него.