Последний рубеж. Роковая ошибка

– Что-то не верится…

Какое-то время он, по всей видимости, обдумывал новость, потом спросил:

– А вы знали, что она была беременна?

– Да, – ответил Джаспер. – Знали.

– Это ведь обнаружится, да?

– Полагаю, что так.

– Очень плохо.

Джаспер покосился на Рики.

– А кто отец? – спросил он.

– Не знаю, – ответил Сид чуть ли не радостно. – Да она и сама, наверное, не была в курсе. Та еще была девица.

Кто-то уже о ней недавно так говорил. Рики вспомнил – Луи. Луи Фарамонд в «Приюте рыбака» в Бон-Аккорде.

– А старик где? – спросил Сид Джаспера.

– В доме. С врачами. И сержантом полиции.

– А ему-то что там понадобилось? – требовательно спросил Сид.

– Полиция обязана приезжать, если несчастный случай заканчивается летальным исходом, – пояснил Рики, но его снова проигнорировали.

– Он очень огорчен, – сказал Джаспер.

– Кто?

– Мистер Харкнесс.

– Он ее предупреждал, так ведь? Вы ведь тоже слышали?

– Конечно, предупреждал.

– Тогда у него совесть чиста. Ему не о чем волноваться.

– Боже мой! – не выдержал Джаспер, однако взял себя в руки. – Дорогой Джонс, – сказал он уже спокойно. – У него ужаснейший шок. Племянница погибла. Ему предстоит опознать тело. Он…

– А-а… Вы про это… ну да, – протянул Сид и внезапно побледнел. – Да, другое дело. Это противно, наверное. – Он постоял немного, уставившись на свои ботинки, затем пожал плечом, уселся на мотоцикл и завел мотор.

– Куда вы? – прокричал ему Джаспер.

– Обратно. Чего мне там делать? Я к ней ехал.

 – Сид оттолкнулся ногой от земли, повернул мотоцикл и с грохотом помчался туда, откуда приехал.

– Чудовище бесчувственное, а не человек, – пробормотал Джаспер.

– Может, и чудовище, – кивнул Рики. – Но хотя бы в одном можно быть уверенным.

– В чем? А ну да, понял. Полагаю, да.

Звук мотора затих вдали.

– Ужасно дорогой мотоцикл, – заметил Рики.

– Да?

– Новый.

– Правда? – спросил Джаспер равнодушно. – Ну что, пойдем?

Вечер переливался красками, будто бы на невыразительный пейзаж сквозь небесное сито просеяли золотую пыль.

Даже игра света и тени изменилась; знакомые детали пейзажа теперь были подернуты золотистой дымкой. Л’Эсперанс словно вознесся над землей – у подножия особняка проплывали облака. Преображение пейзажа было бы необычайно прекрасным, если бы не его недолговечность. Все сияло в золотом свете, однако вскоре он померк, и наступил холодный вечер.

– Рики, пойдемте к нам, – предложил Джаспер. – Поужинаем и выпьем.