Однажды в Риме. Обманчивый блеск мишуры (сборник)

– Ах, бедняжка, бедняжка, бедняжка! – как заклинание, повторяла баронесса. – С ним все будет хорошо, он будет жив и здоров. Все объяснится очень просто, и все будут смеяться и радоваться. Не следует омрачать этим наш отдых. Ни в коей мере.

– Должен вам сказать, – шутливо обратился к Гранту барон, – что для меня знакомство с мистером Барнаби Грантом имеет не только эстетическое, но и профессиональное удовольствие. Я занимаюсь издательским делом, мистер Грант. – И он засмеялся. Рассмеялась и баронесса.

– В самом деле? – с наигранным интересом проговорил Грант. – Это действительно так?

– Фирма «Адриан и Велкер». Я редактор нашей зарубежной продукции.

Софи тихонько ахнула, и Грант повернулся к ней.

– Это ваша епархия, – сказал он и пояснил для Ван дер Вегелей: – Мисс Джейсон работает у моего издателя в Лондоне.

Последовали новые восклицания и многословные рассуждения о совпадениях, а Софи тем временем перебирала в голове, что ей было известно о фирме «Адриан и Велкер», и позже, когда они ехали с Палатина, поделилась своими сведениями с Грантом.

– Мы взяли несколько их детских и религиозных книг на перевод. Они в основном занимаются изданием религиозной литературы, их фирма, полагаю, крупнейшая в этой области в Европе. Кальвинистского толка и, насколько можно судить по детским книгам, до тошноты благочестивые. Глава фирмы, Велкер, говорят, фанатичный идеолог какой-то экстремальной секты в Голландии. Как вы можете догадаться, современной литературы они издают немного.

– Не совсем подходящая обстановка для сорванцов Ван дер Вегелей.

– О, не знаю, – рассеянно отозвалась Софи. – Мне кажется, они умеют приспосабливаться.

– Какое уставшее от жизни дитя! – с улыбкой заметил Грант и покачал головой. Софи порозовела и замолчала.

Они ехали во втором автомобиле, вместе с майором Свитом, который спал. Остальные четверо успели сесть к Джованни. Леди Брейсли, под предлогом, что в машине ее укачивает, заняла место на переднем сиденье.

Ужасающая вечерняя неразбериха римского уличного движения накатывала, скрежетала тормозами и гудела клаксонами на всех улицах. Водители орали друг на друга, бросая руль, воздевая обе руки в саркастической молитве при виде чудовищных преступлений, совершаемых другими водителями. Пешеходы бросались в этот водоворот, величественно жестикулируя в сторону надвигающегося транспорта.