Однажды в Риме. Обманчивый блеск мишуры (сборник)

– А молодой Дорн? – поинтересовался Аллейн.

– Я его не видал. Мерзкий тип.

– А Мейлер?

– Нет. Чертовски небрежное обслуживание, я бы сказал. Что нам теперь делать?

– Насколько я понимаю, – произнес Грант с независимым видом, – предполагалось, что вам, возможно, захочется несколько минут погулять здесь самостоятельно. Мы можем снова собраться здесь или, если вы предпочитаете, то наверху. Я побуду здесь десять минут на тот случай, если у вас возникнут какие-то вопросы, а потом поднимусь и буду ждать в атриуме.

Он осекся. Кто-то спускался по железной лестнице.

– А вот и он, – сказал Грант.

Но это был всего лишь Кеннет Дорн.

Судя по шуму, он спешил и появился стремительно, но когда вышел из тени и увидел остальных, то сначала остановился, а потом, сгорбившись, двинулся к ним. В руке у него болталась камера. Софи бросилось в глаза, что он был как-то неестественно умиротворен и спокоен.

– Хэлло, – проговорил он. – Где моя тетя?

Грант проинформировал его. Тот произнес: «О боже!» и захихикал.

– Не лучше ли вам на нее взглянуть, – предложил майор Свит.

– Что?

– На вашу тетю. Она наверху, в саду.

– Пусть она процветает, – усмехнулся Кеннет, – как вечнозеленый кедр, дорогой майор.

Майор Свит пару секунд размышлял над его высказыванием.

– Даже не нахожу слов, – проговорил он наконец.

– Что ж, – откликнулся Кеннет, – слава Богу за это.

Возникло нечто вроде патовой ситуации.

Ее нарушили Ван дер Вегели. Они, как явствовало из их возбужденных объяснений, так сильно надеялись (ах, так сильно, вставила баронесса), что мистера Гранта удастся убедить прочесть вслух отрывок про Митру из «Саймона» в обстановке, подарившей ему вдохновение. С этой целью они, как все видели, захватили свою книгу – неужели хотя бы получить автограф это слишком много? Они как нельзя лучше понимают знаменитую англосаксонскую сдержанность.

Они то вдвоем, то попеременно продолжали свои упреки в том же духе, и видно было даже в полумраке, как все больше краснеет Грант. Наконец он беспомощно повернулся к Софи, которая пробормотала: «Может, лучше прочесть?» – и до странности обрадовалась, когда он сразу же сказал, обращаясь ко всем сразу:

– Если вы действительно хотите, то конечно.