Цветные Стаи

 – Я не смогу это терпеть!

– Тебе это нужно, так что не рыпайся! – прорычала она. По ее взгляду я понял, что лучше не сопротивляться, а еще лучше – немедленно начать самому лепить на себя широкие пласты водорослей.

– Итак… – говорить мне удавалось только сквозь зубы, потому что все тело охватило страшное жжение. – Для мази нужна магия? – я посмотрел на Вадика, который стоял в стороне и флегматично наблюдал за моими мучениями.

– Да. Думаю, тебе надо на остров фиолетовых, – вдруг посоветовал Вадик.

– Фиолетовых?

Про фиолетовых я никогда ничего не слышал. Весь Огузок делился на три скопления островов. Первое, самое ближнее к Остову, это красно-оранжево-желтое скопление. Чуть дальше был остров голубых и зеленых. Самыми дальними от Остова были синий и фиолетовый острова. Вокруг них крутилось в три-четыре раза больше стражи. Попасть на острова было почти невозможно, а сбежать с них – тем более. Мало кто знал, чем там на самом деле занимаются заключенные, но слухи ходили всякие.

– Они психи, – объяснила Яшма. – Фиолетовый – остров безумия. Там кого только не держат. Среди них есть люди, которые считают себя магами. А есть такие, которые думают, что они тюлени. Магические тюлени там тоже есть. Суть улавливаешь?

– Вот как… – я дернулся, когда на спину лег очередной пласт водорослей. – Потрясающе… Но как велика вероятность того, что они приготовят мазь?

– Думаю, она есть, – пожал плечами Вадик.

– Нора тебе ее точно приготовит, – подсказала Яшма. – А до фиолетовых еще доплыть надо.

– Солгать один раз про то, что у меня украли одежду, это не то же самое, что врать про свои убеждения и чувства, – я покачал головой. – К оранжевым я больше за мазью не пойду. А к фиолетовым все равно рано или поздно мне бы пришлось плыть: во время восстания нам будут нужны все… Так что соединю приятное с полезным, – я решительно поднялся. Водоросли сделали свое дело: теперь я был похож на кикимору, но зато постепенно переставал чувствовать боль.

Остаток дня я провел у костров в жилой зоне желтого острова. За мной ухаживали, как за самым больным и несчастным человеком на земле: носили мне всякую вкусную еду, отпаивали лучшим самогоном и заботливо покачивали в гамаке. Яшма следила, чтобы меня не тревожили больше положенного, при необходимости сама всем объясняла, почему я вдруг покрылся водорослям.