Игра в убийство. На каждом шагу констебли

Думаю, вы найдете здесь отпечатки всех обитателей дома. Но все же попытайтесь, пока я буду разговаривать с людьми. А вы, сержант Смит, сделайте снимки места, где было найдено тело, и, разумеется, самого тела.

– Слушаюсь, сэр.

Констебль Банс заинтересованно прислушивался.

– Вам прежде приходилось заниматься делами такого рода, констебль? – спросил инспектор.

– Никогда, сэр. Самое большее, на что здесь способны, сэр, – это мелкое воровство… ну, и еще превышение скорости. А так больше ничего. Жизнь в деревне, как видите, тоже имеет свои преимущества.

– Вот как! Что вы имеете в виду?

– Это мистер Батгейт, сэр, из «Гудка». Он один из гостей, сэр.

– А вот это уже настоящее везение, – сухо заметил инспектор Аллейн.

– Да, сэр. Он здесь, сэр.

Сверху спускались Анджела, доктор и Найджел. Девушка была чрезвычайно бледна, но весь вид ее свидетельствовал о твердом намерении с достоинством перенести любые испытания. Инспектор Аллейн встретил их у подножия лестницы.

– Я сожалею, что вынужден вас побеспокоить, – сказал он, – но, как я понял доктора Янга…

– Все в порядке, – сказала Анджела. – Мы вас ждали. Это мистер Батгейт, который оказывает мне сейчас большую помощь. Он… он кузен мистера Ренкина.

Найджел пожал руку инспектору. С тех пор как он увидел Чарльза, лежащего лицом вниз, такого отчужденного, безнадежно холодного, с ним произошла неясная метаморфоза. Он любил Чарльза, это несомненно. Но сейчас не ощущал ничего – ни печали, ни ужаса, ни даже жалости.

– Я очень извиняюсь, – сказал инспектор Аллейн, – но вам, по-видимому, неприятно находиться здесь. Могли бы мы пройти еще куда-нибудь?

– В гостиной сейчас никого нет, – сказала Анджела. – Пойдемте туда.

Они расположились в гостиной, где вчера после полудня Чарльз Ренкин танцевал с миссис Уайлд танго. Анджела и Найджел, рассказывая по очереди, восстановили инспектору всю историю их «игры в убийство».

У Анджелы было достаточно времени внимательно рассмотреть своего первого в жизни детектива. Аллейн был далек от любого стереотипа. Он был не похож на полицейского в штатском – никакого там пытливого пронзительного взгляда и всего прочего. Он напоминал одного из друзей дяди Хюберта, человека их круга. Очень высокий, худощавый мужчина с темными волосами и серыми глазами. А уголки этих глаз были повернуты книзу. Получалось, будто глаза улыбаются, а рот нет.