Игра в убийство. На каждом шагу констебли

Да что там говорить, упоминания об этих «братствах», как правило, довольно глупые и бессмысленные, можно найти в некоторых бульварных английских книжонках. Да и журналисты тоже не отстают. Прошу прощения. – Он кивнул Найджелу.

– Ничего, все в порядке, – пробормотал Найджел.

– Этот кинжал, – продолжил доктор Токарев, – священный. Как бы это выразиться… это символ определенного тайного общества, «братства»… очень старинный. Такие вещи, – голос его внезапно осекся, – не дарят. И его владелец, каким бы благородным человеком он ни был, если он не принадлежит «братству»… его участи не позавидуешь.

Неожиданно Василий бросил короткую фразу по-русски.

– Вот и наш бывший крепостной со мной согласен, – сказал доктор Токарев.

– Василий, а вы можете идти, – произнес сэр Хюберт.

– Уже давно следовало бы подать гонг на переодевание к ужину, – сказал Василий, перед тем как исчезнуть.

– Боже, – воскликнула Анджела, – уже девять часов! Через полчаса ужин. Давайте поторопимся.

– За нами по-прежнему наши старые комнаты? – спросила миссис Уайлд.

– Да… ой, погодите минуточку… ведь мистер Батгейт не знает. Артур, вы покажете ему? Для него отведена малая валлийская комната, а ванная у вас общая. И не опаздывайте, а то повар дяди Хюберта подаст в отставку.

– Упаси Боже! – воскликнул Ренкин с притворным ужасом. – Ну еще по чуть-чуть… и я иду…

Он плеснул в бокал себе и миссис Уайлд тоже, не спрашивая ее согласия.

– Чарльз, ты что, решил меня напоить? – спросила она (ну почему, почему молодые женщины определенного типа так часто в подобных ситуациях задают этот вопрос и находят его очень смешным?).

Анджела и сэр Хюберт уже ушли. Доктор Токарев поднимался по лестнице. Артур Уайлд блеснул стеклами очков в сторону Найджела.

– Вы идете?

– Конечно.

И он последовал за Артуром Уайлдом вверх по пологой лестнице на слабо освещенную площадку второго этажа.

– Вот здесь наша комната, – пояснил Уайлд, указывая на первую дверь слева.

Найджел очутился в небольшой, довольно милой комнате, обшитой дубовыми панелями. Количество мебели здесь было минимальным – один-два старинных валлийских предмета. В левой стене виднелась дверь.

– Она ведет в общую ванную, – сказал Уайлд, открывая ее.