Моё прекрасное чудовище

М-да, смерть выглядит, пожалуй, лучше меня.

Что ж, лорд как вас там, мы еще не знакомы. Пусть меня и продали, как вещь. Но я не вещь. Я, Киара Лавон, – единственная дочь герцога Лавона. И постароаюсь сохранить честь и достоинство. Если в моем положении это вообще возможно.

Вышла, едва в дверь мою стукнули. С собой несла всего один чемодан. В нем лежали пудра, нижнее белье, пара черных туфель и несколько черных платьев. А еще кое-что из женских принадлежностей.

Чемодан у меня тут же забрал паренек в сером, видимо, из тех, кто приехал за мной, и шустро убежал.

Тетушка потеряла дар речи, увидев мое облачение. Нервно охнула и прижала руки к груди.

– Что-то не так, тетушка Ирен? – злорадно поинтересовалась я.

Она скрипнула зубами.

– На кого ты похожа?

Я хмыкнула.

Тетушка закатила глаза и пошла вперед, бросив на ходу:

– Торопись, тебя уже ждут.

Внизу, в холле, меня перехватили дражайшие сестры.

– Киара, ты же не на эшафот, а к уважаемому лорду собралась! – перепуганно выдавила Хлоя, нервно поправив черные как смоль волосы, уложенные в витиеватую прическу.

– А есть разница? – Я повела плечом. – На одном теряют голову, с другим честь. Так что я одета по случаю.

В зеленых глазах Хлои мелькнул искренний ужас. Она с трепетом ухватилась за перила и начала судорожно обмахиваться веером.

– Смотри, как бы сердце не потерять, – язвительно высказалась стоящая рядом с сестрой Мадри. В черных глазах мелькнуло презрение. – Поговаривают, что лорды шаенов очень привлекательны.

– О, милая сестрица, ты меня обнадежила, – не удержалась и я. – Куда как приятнее, когда тебя использует привлекательный мужчина. Вам-то, возможно, и такое не светит, так как последний привлекательный жених давно обошел вас стороной. Хотя если ты, Мадри, укоротишь нос, то, вполне возможно, тебя возьмет сын мясника. С внешностью малому не повезло, зато ты будешь всегда сыта.

У сестры повело лицо. Ее слишком длинный нос и правда давно стал предметом шуток всех соседей. К тому же она любила совать его куда не следует, отчего прослыла первой сплетницей в городе.

– А еще говорят, – уже с нескрываемой злостью выплюнула Мадри, – что, заполучив девушку, они порабощают ее душу. И та потом вечно скитается во тьме. Так что шути, моя сестрица, возможно, это твоя последняя шутка.

Я молитвенно сложила руки и кротко возвела глаза к потолку.

– Спасибо на добром напутствии. Пресветлая, спаси неразумных и дай хоть капельку мозга, им еще жить.