Институт проклятых. Сияние лилии

Вернее, я их не могла видеть, черное платье, плотно обтягивающее худую фигуру, тонуло в ворохе шуршавшей при ходьбе бумаги.

Леди Бретт обплыла вокруг меня, рассматривая с пяток до макушки. Остановилась напротив лица. Это было так странно и страшно – смотреть и не чувствовать дыхания жизни, а видеть черную пустоту глазниц. Я невольно поежилась. Леди Гельннана усмехнулась, растягивая тонкие мертвенно-серые губы.

– Суккуб! – вынесла она вердикт и направилась обратно к столу. – Все верно. Только боевых. А куда еще ваше проклятие направлять? В войне такие, как вы…

Она не договорила.

– В войне!

Канцелярша уселась за стол, подперла руками узкий подбородок.

– Это я так… – произнесла она мечтательно. – А вдруг. Вечного мира не бывает, – и закрыла книжку. – Но я вас поздравляю.

– С чем? – Я уже не ожидала ничего хорошего для себя.

Она очень легким для мертвой жестом поправила волосы. Грациозным движением, так не вяжущимся с ее мертвым лицом, подала мне книжицу.

– Вы первый суккуб в этих стенах и, надеюсь, последний.

Я неуверенно подошла и дрожащими руками взяла зачетку из протянутой бледной ладони.

– Почему надеетесь?

Улыбка сползла с серого лица.

– Встречала таких, как ты… Хлопотные ребята. Глаз да глаз… – и хлопнула в ладоши. Я в очередной раз потеряла дар речи и ощутила уходящий из-под ног пол. Леди Бретт только головой покачала, отправляя ко мне поддерживающую энергетическую волну.

– Новенькая… – обернулась канцелярша к вывалившемуся из стены духу. А тот широко зевнул зверской пастью, утыканной сотней мелких острых зубов, почесал мохнатый рыжий затылок, зависая под потолком, уставился на меня черными глазами.

– Это твой дух-хранитель, Баз. – И уже обращаясь к нему: – Прошу принять и расписаться, студентка Найли Риган.

У духа брови взметнулись вверх, круглые уши нервно задергались, он даже назад к стене попятился.

– Родственница ректора Кейна?

Леди Гельннана рукой махнула, усаживаясь в свое рабочее кресло, и начала перебирать бумаги.

– Однофамильцы.

Дух облегченно выдохнул. Снова почесал затылок. А мертвая леди продолжила:

– В комнату проводи. И да… – снова обратилась ко мне. Взгляд пробежал по мне. – Одежда, учебники, перья, тетради – все уже в вашей комнате. Запоминайте: правое отделение, женское общежитие, комната номер двадцать пять, – и отвесила вежливый поклон, давая понять, что аудиенция закончена.