Хозяйка драконьей таверны. Возвращение

Но уверен, после этой ночи вести дойдут до него. Молитесь, чтобы он не отправил вас в закрытый пансион. Лария, ты же младшая, почему ты не сидишь дома? Куда тебя несет? На старшую насмотрелась? Фелинария, ты должна быть во всем примером, а ты? – в голосе отца звучала горесть.

– А я? – с вызовом спросила. – Я поступаю по чести.

Отец мрачно усмехнулся:

– Это точно. Тебе бы парнем родиться – стала бы истинным моим наследником. Я бы гордился тобой.

– А если дочь так себя ведет, то ты не можешь ею гордиться? – Теперь горько стало уже мне.

– Леди не должна так себя вести! – гаркнул отец. – Ты плюешь на нравы нашего общества.

– Действительно, плюю, – с болью выдавила я. – Плюю на нравы, в которых доблесть, честь и достоинство засчитываются в карму только мужчинам, а женщине уготована роль его содержанки, домашней сиделки и молчалки в тряпочку.

Умей отец метать молнии – меня бы сейчас одной из них пришибло.

Но вовремя постучались охранники.

От грозного рыка ректора: «Войдите!» – они даже не сразу решились это сделать.

Ректор кивнул им на Ларию.

– Заберите, доставьте в мой замок и не сводите глаз.

Сестренка безропотно встала, на папу посмотрела со страхом, на меня бросила извиняющийся взгляд. Я ей улыбнулась: «Не переживай, справлюсь». Она вздохнула и направилась за охранниками.

Отец прошел к окну и встал возле него, заложив руки за спину.

Минута, две, три, во время которых в кабинете висела тишина.

– Откуда в твоем арсенале магических способностей взялся огонь? – Папа повернулся ко мне. Ярость уже схлынула с лица, и выглядел он более чем сдержанно и не менее холодно. – И что значит твоя фраза о драконьем пламени?

Ну вот и пришел момент, когда пора сдаваться.

– Так получилось, – спокойно ответила я, выдерживая стальной взгляд. – В мире Вастедана я каким-то образом получила магию инквизитора.

– Ты хочешь сказать, магию дракона? – Лицо отца вытянулось в удивлении.

Я пожала плечами.

– Не знаю, – это был честный ответ. Откуда во мне магия Айка, дракон мне так и не успел рассказать. – Но она во мне, и ее нужно вернуть.

И снова установилось молчание. Отец внимательно и изучающе смотрел на меня. А потом его взгляд изменился, что-то хищное и торжествующее отразилось в нем.

– Вернуть? Ты понимаешь, о чем говоришь? Никогда ни у кого из темных не было дара огня.