Танец света

– Ну, мои пташки, чем займемся сегодня? – тепло улыбаясь, спросила она.

Мы дружно переглянулись: конечно же, Фриция уже знала ответ.

– Будем читать роман! – прошептала Катарина, и все дружно рассмеялись.

– Романы романами, а уроки по расписанию!

Мы вяло тащились по коридорам Обители, периодически запинаясь и оттягивая время. Когда отсутствовала Никербокер, с нас словно спадали оковы, сдерживающие грудную клетку, мы могли спокойно дышать и даже смеяться, не боясь получить взбучку за шум.

Сегодня на улице снова было ветрено, поэтому все окна в замке плотно закрыты, но даже так, сквозь мелкие щели, в коридоры проникал мелкий пепел и щекотал нос.

– Что-то погода разыгралась… – щурясь и выглядывая в окно, буднично проговорила Катарина.

– Надеешься, что Никербокер потеряется в пепельной буре и не найдет путь домой? – усмехнулась я, толкая ее в бок.

Сестры рассмеялись, лишь проходившая мимо Оливия посмотрела на меня с укором. «Зануда», – подумала я и, взяв Катарину под руку, пошла следом.

Фриция выбрала самую уютную аудиторию в Обители, и мы дружной толпой вошли в комнату. На белых стенах были нарисованы причудливые цветы и пушистые зверьки, державшие в лапках орешки; небольшие стрельчатые окошки, украшенные разноцветными фресками, пропускали теплый свет, от чего комната окрашивалась в розово-зеленые тона; по полу были разбросаны коричневые пузатые подушки. Я побежала к подушке, находившейся у камина.

Эта комната давно закрыта, но в памяти сохранились воспоминания, как мы, еще будучи малышками, играли здесь.

– А я помню это место! – прошептала София, стоя посреди комнаты и оглядываясь вокруг. – И тебя, Тень, еще кроху! Ты уже тогда дерзила Никербокер и получала наказание, но это тебя не останавливало.

Она замолчала, словно сказала что-то лишнее, снова уходя в себя. К Софии сразу же подошла Кин и приобняла за плечи, уводя в сторону.

Наконец все места были заняты, а наши головы приготовились внимать рассказам Фриции. Наставница села перед нами за деревянный потертый стол и раскрыла учебник.

– Когда-то наш мир был един… – рассказывала Фриция. – Не было непроходимой Завесы и удушающего пепла в воздухе, и иногда небо становилось голубого цвета, а яркое солнце согревало землю своими лучами…

Я прикрыла веки, представляя. Эту историю знали все – сказку о несчастной и уродливой в своем обличии любви.