Капля над океаном

Отсюда же и гоголевский сборник рассказов «Мiргород», включивший в себя несколько совершенно, казалось бы, несовместимых рассказов, а так же известное слово «мiроед» или сочетание слов «по мiру пойти». Заменой одной буковки, всё упрощено и исковерканы все смыслы. (прим. автора)], в который каждый приходит «гением», а уходит «последним» человеком с испещрённой и иссушенной мелкими проблемками и подлостями душонкой?

Почему каждый раз, когда Я смотрел на своё тело, лежащее с красивой мёртвенной улыбкой; или старое, изъеденное страшными болезнями; или висящее на виселице или на кресте; или разрубленное на куски; или сжигаемое на костре; или тонущее в океане – Я только тогда осознавал, что качество той или иной Моей Жизни было не самым высшим? Почему Мне никогда не удавалось достигнуть Совершенства? Даже, когда Я висел на кресте – Меня настигла минутная слабость, и Я… пожаловался! Почему Я ни разу не схватил за грудки Свою Смерть, которая всегда крадётся как вор, но при этом всегда заходит ко всем, как повелитель, и не забил Её «до смерти»? Почему Я никогда не смеялся Ей в лицо, говоря: «Так это была Жизнь? Тогда ещё раз!».

[4 - Ф. Ницше: «Так говорил Заратустра».]

А у кого оно было высшим – это качество своей Жизни? Или может есть? Или будет?.. И где тот Стандарт, определяющий это качество?..

Врачи сочувственно посмотрели на теперь уже вдову, произнесли несколько стандартных по такому случаю фраз соболезнования и удалились, заверив, что вызовут санитаров сами.

Жена, закрыв лицо руками, в сопровождении обнявшего её сына, вышла из ванной провожать бригаду «Скорой», оставив лежать Моё, уже начавшее потихоньку остывать тело в полном одиночестве и в кромешной темноте.

«Каплю» сорвало с места, и понесло в кромешную мглу….

2

Меня стал охватывать ужас. Ужас одиночества, непонимания, дезориентации и мрака. Я уже покинул эту самую ванную комнату, покинул свой дом, и сейчас Меня Что-то неведомое и непреодолимое Куда-то несло в полной, кромешной темноте.

Я пытался кричать, но Моего крика не было слышно. Мне казалось, что Я кричу и кричу изо всех сил, но крик Мой останавливался где-то в том месте, где раньше было у Меня горло.

Во время Моей последней Игры такое не раз со Мною случалось во сне. Я слышал свой крик, и казалось, что этот крик должен бы разбудить весь дом, но дом спал так же, как спал я. Не спал внутри своего игрового скафандра, называемого телом – Я.