Антисвинизм

Сержант поверил в «честное благородное» слово Соломона Гросби и, вместо того, чтобы пуститься в погоню, остался пить чай, ожидая его. Даже то обстоятельство, что Соломон не появился ни в обещанное время, ни намного позже, не смутило его и не поколебало веры в «честное и благородное слово».

Прождав возвращения Соломона до конца дня, сержант направил свой небольшой отряд обратно в Гринвилл, попросив домашних передать Соломону просьбу, чтобы тот в ближайшее время появился в городе у шерифа для разъяснения кое-каких вопросов.

Глава 19

Но вернёмся к нашему повествованию, и прежде чем рассказать о том, что произошло со вторым отрядом полицейских, направляющихся в хозяйство Стива Хопкинса, я вынужден описать ещё одно событие, которое произошло среди получивших свободу животных.

На следующий день после собраний свиней и собак, свиньи созвали общий сбор всех животных и птиц на центральном дворе бывшего хозяйства Стива Хопкинса.

В повестке дня было всего два вопроса:

1) голод и как с ним бороться?

2) что делать с трупами людей, которые начали уже портиться на жаре?

Присутствовали на этом сборе все, в том числе и Пират.

После блестящей временной победы на последнем собрании свиней, Пират, ночью наевшийся вместе с ними волшебного хлеба, почувствовал новый прилив силы разума. С раннего утра он провёл короткие и тайные переговоры со Старым Хряком, в ходе которых он вывел последнего из состояния стресса, полученного от своего последнего выступления.

Пёс объяснил Старому Хряку одну простую вещь, о которой он и сам раньше не догадывался.

Эта вещь заключалась в том, что если хочешь управлять животными, то понятия религии и светской власти должны быть неразделимы. Это должно быть одним целым даже когда в жизни между ними возникают внутренние противоречия.

– Самое главное, – говорил Пират, – чтобы эти противоречия оставались внутренними, и не достигали разума других животных. Всё остальное мы уладим между собой.

После этого Пират отправился к собакам. Те приняли его радушно, но Пират, к усилению своего внутреннего беспокойства, нутром почувствовал, что те чего-то не договаривают.

Казалось бы, собаки виляли хвостами, повторяли клятвы верности богу и свиньям, но в разговорах отсутствовал один немаловажный момент – они, при разговоре с ним, отворачивали свой взор.

Пират вызвал к себе Коммода и попытался выведать у того причину такого поведения подчинённых. Он справедливо считал, что Коммод обязан ему своим возвышением.