Антисвинизм

И тем ветром, который показал шаткость этого дома, стало изобретение Соломона Гросби.

Глава 16

Как я уже писал, на следующий день после расправы над семьей Стива, животные веселились. Месть свершилась. Те, кто в течение всей жизни использовал их как рабов, исчезли. Впереди, казалось, всех ждёт безоблачная жизнь, полная удовольствий, безделья, комфорта и свободы.

Теперь никто не будет стричь их шерсть, запрягать в плуг или в повозку, никто не будет забирать их яйца, а главное – теперь их не будут убивать.

Целый день животные поздравляли друг друга, а свиньи, то тут, то там собирали стихийные собрания, на которых они произносили страстные речи, в которых обещали, обещали и обещали. Пирата животные везде встречали овациями и громкими приветствиями, хотя с трудом представляли себе, кто он такой. Он купался в лучах славы вдохновителя, организатора и вождя победоносного восстания. Он действительно чувствовал себя пророком божьим, тем более что свиньи, окружавшие его неотступно, постоянно отпускали в его адрес самые лестные похвалы.

Но уже во второй половине дня запал у свиней несколько пропал, ибо они столкнулись с одной очень важной для себя проблемой. Раньше они не задумывались о ней, а она возникла быстро, не заставив себя долго ждать. Дело было в том, что после смерти людей свиньи начали понимать: они убили тех, кто их кормил. А голод, повторюсь, как известно, не тётка, и разговоры о свободе, равенстве, братстве и всемогущем боге, голод этот не удовлетворят. Свобода свободой, но кушать хочется всегда.

Проблема эта усугублялась и тем, что остальные животные могли хоть как-то себя прокормить, ибо было лето, и земля давала необходимый корм всем обитателям хозяйства. Тем более что животные, находясь в состоянии эйфории от победы своей революции и от удовлетворения чувства мести, практически не ощущали голода.

Его стали ощущать только те, кто получал пищу непосредственно от человека – свиньи и собаки.

Собрание началось очень бурно, так как голод, плюс ко всему, ещё и озлобляет.

Громче всех по-человечьи визжали самки. Особенно разошлась молодая, но уже неоднократно рожавшая свинья Марта. Она весила очень много и поэтому имела такой грозный вид, что даже Пират не рискнул бы применить к ней физическое воздействие.