Гипнотизер. Реальность невозможного. Остросюжетный научно-фантастический роман-альманах из 6 историй

Катя улыбнулась (на взгляд Ромашова, с усилием) и, глядя ему в глаза, произнесла:

– Хорошо, я скажу, если ты не догадался. Принеси мне утром кофе в постель!

– Как, ты не выгонишь меня из квартиры прямо сейчас? Аллилуйя! – он тоже решил свести все к шутке. – За твою доброту я готов не только кофе в постель принести, но и приготовить полноценный завтрак.

– Куда ж мне тебя выгонять? Метро уже закрылось, а машину ты так и не купил.

– Спасибо, что пожалела несчастного странника, – он нагнулся и поцеловал ее дрогнувшие пальцы.

– Кстати, почему ты тянешь с машиной?

– Жду выплаты по страховке. Не хочу брать кредит, но хочу машину получше, чем была.

– Многие берут заем в банке.

– Брать заем на машину глупо. Случись что, машины нет, а кредит остался.

– Возьми напрокат.

– Ездить в чужой дребезжащей тарантайке? Никогда.

– А по-моему, ты просто боишься вновь сесть за руль.

– Ерунда.

– Нет, это фобия. Посттравматический синдром. А цыганка своим предсказанием «черной смерти на дороге» подлила масла в огонь.

– Слушай, прекрати копаться в моей голове! – со смехом воскликнул Евгений.

Вскочив, он обогнул стол, подхватил ее на руки и понес в спальню. Катя притворно отбивалась…

К себе он возвращался в шестом часу утра (разбудив Катерину поцелуем и пообещав кофе в постель в следующий раз). Ему требовалось переодеться и забрать на работу кое-какие материалы.

Переходя улицу, он очень внимательно смотрел по сторонам, проверяя, нет ли машин.

Поездка в туманово

В тот день Евгений сильно пожалел, что у него нет машины. Им предстояло долго и на перекладных добираться до жилища «ведьмы», а зимний холод не располагал к загородным прогулкам. Впрочем, адреса Зоя не знала, ориентировалась по приметам, и не было уверенности, что на машине они быстрей добрались бы до места. Хотя… сидеть в подогретом просторном салоне было бы комфортнее, чем в электричке с вольготно гуляющими сквозняками.

Поначалу Зоя реагировала на Ромашова с игривым любопытством, изображала нечто среднее между женским кокетством (надо сказать, весьма неумелым) и детской непосредственностью, но потом привыкла, забыла про первоначальное намерение пофлиртовать, и Евгений с облегчением расслабился. Ссориться с подружкой Тани, ставить ее на место совершенно не хотелось. Зоя была важна и занимала центральное место в предстоящей терапии.