Доченька. Там, на неведомых дорожках

Твоя гм… знакомая жила в крохотном городке Первореченске. Она сменила свою фамилию на девичью фамилию бабушки по материнской линии. Потому мы так долго не могли выйти на её след. Агеева. Тебе это о чём-нибудь говорит?

– Агеева? ? мне это ни о чём не говорило. Я не знал девичьей фамилии ни матери Нины, ни, тем более, её бабки.

Чарльз продолжил.

– Замужем госпожа Агеева никогда не была, но девятнадцать лет назад родила дочь, Марию. Послушай, Фил, возможно, это твоя дочь?

Я вернулся за стол и закрыл лицо руками.

Дочь. Нет, такого просто не могло быть. Или могло? Но… но почему Нина ничего мне не рассказала?

Тяжёлая ладонь легла на моё плечо.

– Если ты пожелаешь, мы можем всё проверить, быстро, не привлекая излишнего внимания.

Я достал серебряную фляжку из ящика стола, сделал пару глотков и протянул Чарльзу.

– Твоя миссия выполнена, дружище. Я сам всё проверю.

Детектив допил русскую водку, крякнул и подмигнул.

– Если что ? на связи.

Глава 1

Я держала в руках крохотный клочок тонкой серой бумаги и пыталась прийти в себя.

– Как СПИД?

Женщина, лет пятидесяти, поправила очки и окатила меня ледяным взглядом.

– А вот так. Не стоит трахаться с кем попало.

– Что? Я не… ? голос сорвался на хрип.

– Вы все белые и пушистые, пока петух жареный не клюнет. А потом стоите тут и блеете, как овцы. Ступай в тридцатый кабинет. Врач тебе всё расскажет, а моё дело маленькое ? анализы выдавать.

Я отвернулась от окошка, за которым сидела фурия в медицинской пижаме, люто ненавидящая весь белый свет.

Рассеянно посмотрела по сторонам. Цифры на дверях расплывались. Я всё ещё не могла сосредоточиться. Сделав пару шагов, вдруг поймала себя на мысли, что тут, в недавно выстроенном Центре по борьбе со СПИДом и инфекционными заболеваниями, толпится слишком много народу. Неужели все они больны, как и я?

Нервная дрожь пробрала до костей. Нет, я морально не могла отстоять очередь и войти в проклятый кабинет. Надо как-то настроиться, подготовиться, что ли. Вернувшись к окошку, вновь встретилась с ледяным взглядом.

– Скажите, а ошибки быть не может?

Медсестра взвизгнула.

– Вы чего это себе позволяете, девушка? Мы тут серьёзным делом занимаемся, а не в бирюльки играем. Сказано тебе, иди в тридцатый. Молодая, а наглая.

Сил на пререкания не осталось. Если бы дело касалось не меня, а кого-то другого, я смогла бы осадить наглую особу и позаботиться о том, чтобы её не допустили к работе ни в одном медицинском учреждении.