Атрия. Камешки в пустых ладонях

Мальчик нашел и свой портрет, и несколько изображений маленького Джада, и набросок, точно передающий угловатые черты Лики.

– Ты рисовал нас по памяти? – поразился Трис.

– Ну да, – кивнул Кит и добавил, заметив, как внимательно двоюродный брат рассматривает последний рисунок, на котором он запечатлел Бланку, Лику и Джада. – Бери, если нравится.

– Правда? Можно взять?

– Ты теперь долго их не увидишь.

Кит забрал из рук Триса набросок, свернул в трубочку и, порывшись в сундуке, перевязал шелковой лентой.

– Вот, держи, – с усмешкой сказал он, протягивая брату подарок.

Трис с благодарностью принял свиток. В этот момент в дверь постучали, а затем раздался голос слуги:

– Господин Кит, обед накрывают в саду. Министр Сентурион просит вас спуститься и занять гостей беседой.

– Иду! – отозвался юноша и с извиняющимся видом посмотрел на друзей. – Я провожу вас в сад, и там мне придется вас оставить. Зато, если получится, я познакомлю вас с Данией Кристи.

– С мастером наставников? – не веря своим ушам, воскликнул Гаюс и поспешил в коридор следом за Китом и Трисом.

– У него дворец в Сентурии, недалеко от Большой бухты, – сообщил Кит, направляясь к лестнице. – Однако сам он предпочитает жить на острове Целителей, ближе к ученикам. В столице он бывает лишь в отсутствие отца, по сути, мастер его замещает. Но, по собственным словам Кристи, государственная служба его тяготит.

– Мой наставник много о нем рассказывал, – заметил Гаюс.

– Мастер верит в скрытые возможности разума и поддержал отца, когда тот выбрал Фарона Старрика из Тарфа на пост верховного целителя. Кстати, Кристи женат на тете Друэлла Хорти по отцовской линии, но детей у них нет. Женщинам нельзя жить на острове, поэтому она почти всё время одна во дворце. Мне даже жаль ее, – задумчиво добавил Кит, пересекая атриум, за которым начинался сад.

Избранные

После сумрачных залов дворца яркий солнечный свет на мгновение ослепил мальчиков. Они оказались в огромном саду, где росли кипарисы, пинии и оливковые деревья. Вдоль скалы, у подножия которой с шумом разбивались волны Великого моря, тянулся парапет, причудливо сложенный из дикого камня. Из него же были выложены дорожки, ступеньки лестниц и бортики фонтанов. Розы, цветущие повсюду, источали сладкий аромат.