Метанойя. Обратники

– Почему ты здесь? – спросил я, присев рядом.

– А ты? – вопросом ответила она.

– Мне неспокойно. Предчувствие чего-то грядущего, чего-то неизбежного, того, о чем не хочется вспоминать.

Мия молчала, задумчиво глядя перед собой, и я решился на другой вопрос.

– Ты помнишь свою внутриутробную жизнь?

– Так же, как и ты.

Откровенный ответ удивил.

– Откуда ты знаешь про меня?

Покрутив фигурку кролика в тонких пальцах, Мия вздохнула и повернулась.

– Твой вопрос уже определил твой опыт.

– Эта память не мешает тебе жить? – Мне пришлось разглядывать обрывок веревки на изгороди, потому что взгляд синих глаз подействовал мгновенно.

– Всегда что-то мешает жить. Без борьбы не живут даже растения.

– Согласен. Знаешь, в тебе много сил, ты настоящий борец, хотя внешне такая хрупкая. Удивительно.

На лице Мии появилась легкая улыбка.

– А ты слишком добрый. Хотя после твоего опыта все должно быть иначе. Удивительно.

– Доброта это благословение мамы, – я задумчиво покачал головой, – она учила быть добрым несмотря ни на что.

Мия раскрыла ладонь, глядя на фигурку кролика.

– А моя мама учила меня всему. Пока была жива.

– А отец? – осторожно поинтересовался я, удивляясь откровению.

– Папа продал меня. Он проигрался в казино.

– Что?! – Я потрясенно замер, потому что сам вырос в любви и радости. – Как это «продал»?

– Обыкновенно. Как игроки проигрывают все свое состояние вместе с достоинством.

– И как все закончилось? – растерянно спросил я.

– Никак. Я убежала в Ольборг. Так началась моя жизнь в Дании.

– Вы только посмотрите на них! – с претензией протянул Януш, который приближался к нам вместе с ребятами. – Побег замышляете? А? Или обсуждаете план, как сдадите нас с потрохами этим Браунам?

Почувствовав враждебный настрой, я быстро поднялся, стараясь закрыть собой Мию, и возразил:

– Разве не видно, что мы просто беседуем?

– А ну, пойдем, побеседуем с глазу на глаз, – махнул рукой Януш.

– Послушай, хватит нас подозревать, мы ведь ничем от вас не отличаемся.

– Конечно! – раскинув руки усмехнулся Ян. – Только все время отдельно шушукаемся и в глаза не смотрим! Так, блонди? – На этих словах он заглянул за мою спину.

– Завязывай! – попытался успокоить дебошира Серафим.

– Эй, как тебя там! – не унимался Януш.