Метанойя. Обратники

Сначала необходимо понять врага, определить его голову и уничтожить ее. Остальное развалится само. А если не развалится, справиться будет легко. Поэтому никаких действий лучше не предпринимать. Изучим, поймем, освободимся.

– Поддерживаю, – отозвался Серафим. – Выжидательная позиция логична.

– Кроме того, – продолжил я тише, – прошу вас сдерживать свою силу, когда это необходимо. Похоже, людей в пиджаках интересуют наши способности, так что прячьте свои силы от чужаков. Давайте держаться вместе, без вражды и недоверия.

– Да понял уже! – отмахнулся он.

– Давайте так, – добавил Серафим, – если кто-то видит странное и непонятное, сообщайте друг другу, а лучше Марку.

– Почему сразу Марку? – снова возмутился Ян. – Почему ему? Он у нас что, центр мира?

– Кажется, ты ничего не понял из сказанного, – покачал головой Серафим. – Марк интересует их больше всего, ты не видишь их отношение к нему?

– Тебе будем сообщать позже. В следующей жизни, – усмехнулась Эва, обращаясь к неугомонному бунтарю.

Януш фыркнул и отвернулся в сторону.

В это время Эвелин подошла ко мне, она заулыбалась, кокетливо наклонив голову, и шепнула:

– Можешь рассчитывать на меня, я за тобой хоть на край света.

– Хорошо. – Мне стало неловко от скрытого заигрывания красивой девушки. – Спасибо за доверие.

Эва постояла рядом еще минуту, медленно развернулась и направилась к лавке. Конечно, я чувствовал интерес Эвелин ко мне с самого первого дня, когда мы все только увидели друг друга.

Мы продолжали плыть, ожидая скорой остановки по словам Николь и Стефании. Все снова расселись по разным местам, я опустился на свой спальник и стал поглядывать на Мию. Это она сделала силовую волну, почти уверен, потому что так уже происходило, когда Януш вел себя слишком буйно. Тем более, что после падения всех, кто находился в трюме, Мия единственная стояла на ногах.

Мия была мне очень интересна, но к ней не подступишься: разговор не поддерживает, уходит от ответов, закрывается. Я сам не понимал, что именно меня в ней привлекает, но чувствовал нашу некую внутреннюю схожесть.

Наконец я решился подсесть к Мие, не знаю зачем, наверное, чтобы поговорить.

– Ты без еды? – с долей сарказма бросила она.