Под колпаком. История одного отравления

И если бы не эта пожелтевшая методичка, от которой пахло заплесневевшей сыростью и старостью, то точно бы поставил мат. В конце игры он даже не пожал руку Нику, чего требует шахматный этикет. Видно было, что его мысли сейчас не об игре, а о чем-то более важном.

Тим с нетерпением достал тетрадь, раскрыл её на середине и вынул брошюрку. Начал подробно вчитываться и изучать, как оживить мух. Зачем ему вообще нужно было оживлять мух, он и сам не знал, знал только, что слова «оживление» и «оживить» его будоражат и приводят в дикий восторг.

Как так взять и мёртвого, обречённого на вечный покой, на разложение и гниение, вдруг оживить? Тим с нетерпением листал странички и впитывал каждое слово, пропускал в себя, словно он дотянулся до чего-то великого и бессмертного.

На обороте обложки красовалась мухоловка с огромной выпирающей челюстью и острыми зубами. Тим её так хорошо представил. Будто она своими огромными челюстями схватила Тима, подбросила в воздух, а потом проглотила. Оказавшись внутри, он скользил по внутренней поверхности растения, напоминавшей спуск с самой экстремальной горки.

Затем, сделав три сальто, рухнул в кучу с мухами. Оказаться в желудке у цветка совсем не входило в его планы.

– Где я? В мухоловке? – испугался Тим, отряхивая с себя мух, которые лежали неподвижно. Постучав кулаками по стенке растения, он закричал изо всех сил: – Кто-нибудь, помогите!

Никто не отвечал.

– Что же делать? – успокоившись, Тим внимательно стал осматривать целую кучу мух.

Те лежали недвижно.

Тим стал анализировать процесс оживления мух:

– В боковой части как раз расположены отверстия, через которые муха дышит. Они сейчас закрыты. Чтобы их открыть, нужно обсыпать их солью. Соль, в свою очередь, перетянет всю влагу на себя, тем самым даст возможность снова открыть эти отверстия. А если эти трубочки будут открыты, значит, муха задышит. Вроде так было написано в этой самой методичке, – с этими словами Тим залез к себе в карман, нащупал там целую горстку соли и стал натирать ею бока мух.

Старания были ненапрасными. Минуту спустя образовался целый рой мух. Растению только оставалось выплюнуть не переваренных в желудке насекомых вместе с Тимом.

В луже слизи Тим и несколько мух лежали на полу посередине школы.

– Тьфу! Какая мерзость! – вытирая с себя сгустки мокроты, сказал Тим.

Мухи же, почувствовав свободу, устремились к пряничной скульптуре. Они набросились на статую мистера Хью.