Путь к созвездию Кентавра

Лидерство было присуще ей не только на службе, но и в быту, сейчас она решила не упускать возможности и поближе познакомиться с приятным ей человеком. Поэтому с лёгкой иронией она спросила:

– Соображаю, когда мы с вами перейдём на «ты»?

– Нет ничего проще! Я готов к этому переходу! – немедля ответил Виктор, несколько обескураженный этим внезапным и недвусмысленным предложением.

– Аналогично! – Нати смотрела на Виктора своим выразительным изумрудно-искрящимся взглядом.

Виктор быстро справился с нахлынувшей волной чувств, немного выбивших его из состояния душевного равновесия.

– Удивительно, но мне всё больше и больше хочется узнать о тебе, – стараясь быть внешне спокойным, но ощущая в груди лёгкую тахикардию от гулких ударов сердца, промолвил Виктор. Он не лукавил, всё чаще думая об этой энергичной, красивой женщине.

Виктор нежно прикоснулся к ладони собеседницы, глядя в её пронзительно зелёные глаза. На этот раз Нати попридержала коней и по-деловому ответила:

– Думаю, доставим груз на материк, и у нас будет время пообщаться!

Он немного оторопел от резкой остановки только начавшейся задушевной беседы.

– Надеюсь на это! Скорей бы! – только и успел выдавить из себя немного раздосадованный Виктор.

Нати, высвободив свою ладонь из его руки, только загадочно улыбнулась.

Время привала подходило к концу. Как раз в этот момент капитану Панч доложили о готовности к движению.

Не доезжая ста километров до Форталезы, оператор дронов доложил майору Безнеру, что «Цербер» обнаружил замаскированную огневую точку по маршруту движения колонны.

– Там, похоже, пулемёт и ракетная установка, – прокомментировал оператор.

– Действуйте по плану! Подавить огневую точку! – не мешкая скомандовал Безнер.

За несколько секунд «Цербер» сосредоточил дроны над целью и обрушил на неё огонь разрывными дротиками.

– Цель уничтожена! – доложил оператор.

Безнер внимательно посмотрел в квантовый пятидесятикратный бинокль. Зрелище было не для слабонервных: окровавленные тела трёх боевиков ещё дергались в предсмертных конвульсиях, но их безжизненные застывшие лица уже не выражали никаких эмоций.