Мотель Талион

 – серьезно проговорил Роджерс – Только прошу вас – осторожнее. Я понимаю, что это сложно, ввиду всех обстоятельств, но постарайтесь не перетруждаться.

Доктор выжидательно смотрел. Его зелёные и потускневшие от времени глаза, были полны скорби и понимания, словно он был много старше своих лет.

– Хорошо, док. Спасибо. Тогда выписывайте. – с трудом и не без помощи доктора Майк сел на кровати -.

– Я позвоню вашему другу. Джек кажется? Он вам поможет.

Доктор ушел. Майк, немного подумав, посмотрел на телефон, затем вновь лег на кровать, и закрыл глаза.

– Эстер, любимая моя, прости меня за мои ошибки. И за дочь меня прости. Я был слишком пьян в тот вечер и расстроен. Мне хотелось тебе сделать больно в ответ, вот я и …

Майк поймал себя на мысли, что ощущает себя глупо, изливая душу самому себе. – Ещё похороны впереди, как я поеду в Неваду? Или где они там живут… надо посоветоваться с Джеком. Он всегда знает, что делать.

За этими мыслями, попутно думая и о работе, и о доме, и о прошлом, Майк не заметил, как пролетело больше часа.

В дверь палаты вошёл Джек. У него был бодрый вид, и хорошее настроение. Он закатил коляску в палату и кинул Майку вещи.

– Привет, дружище! – Джек кряхтя сел на кровать. Он был в форме, которую ему выдали несколько килограмм назад, отчего она основательно стесняла его движения.

– Привет, Джек. – без эмоционально ответил Майк, который не был так бодр и весел.

– Одевайся. Я уже всё уладил. – Джек снял фуражку и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. – Сейчас отдышусь и покатим отсюда.

 – он похлопал по коляске.

– Да я своими ногами пойду- нахмурился Майк.

– Нет – настоятельно сказал друг – У них здесь правило такое – надо на коляске из больницы вывозить.

– Ну раз надо. – Майк стал напяливать штаны. – Что с погребением? – словно между прочим спросил он.

– Я же тебе сказал, я всё уладил. – в глазах друга читалась боль и сочувствие, хотя вслух ничего не было сказано. Майк с благодарностью посмотрел на Джека усаживаясь в коляску.

***

Прохлада веяла осенью, хотя газон ещё был зелёным.

Майк стоял в черном костюме и галстуке. В этом костюме он взял её замуж, и в нем же он сегодня прощается с ней. Рядом с Майком стоял Джек и его жена Люси. Они скорбно вытирали платками слёзы, не зная, как они могут помочь другу, который был словно не здесь, словно возле могилы стоял лишь его облик. Словно тело осталось, а Майк унесся куда-то далеко. Так и было. Когда высыхают слезы, приходят воспоминания.