Дом будущего. Под Берлинской стеной и обратно

В город Ричард приехал вечером, когда уже стемнело. При въезде у него только проверили документы. Не теряя времени, он направился в старый театр, где репетировал почти каждый день.

На деле это здание, конечно, заслуживало сноса. Оно торчало посреди заросшего жесткой травой пустыря у самой Стены, как гнилой зуб: казалось, его оставили здесь просто по недосмотру. На пятом этаже, прямо под крышей, зияла огромная дыра, оставшаяся от снаряда. Кладка вокруг осыпалась, и внутри поселились голуби. Высокие стрельчатые окна фасада над главным входом теперь, напротив, были заложены кирпичом.

Ричарду все это, впрочем, было только на руку. Во-первых, он мог репетировать здесь в любое время суток не опасаясь, что кто-то станет подглядывать через окно. Во-вторых, потолок над сценой оказался очень прочными. На нем удалось закрепить все конструкции, необходимые для отработки воздушных элементов – даже если ради этого пришлось две недели воевать с Евой, считавшей, что затея небезопасна.

Через подворотню Ричард загнал машину во внутренний двор, окруженный давно не стриженной живой изгородью, и запер за собой железные ворота. Он аккуратно выудил пистолет из тайника и снова спрятал его за поясом, а патроны высыпал в карман. Потом отпер заднюю дверь и по узкой служебной лестнице, проходившей насквозь через все этажи, взбежал наверх – в зал.

Репетиция была в разгаре, и рампа, установленная над сценой, горела так, что резало глаза.

– Ричард! – услышал он.

Он обернулся, все еще щурясь от яркого света. Ева в своей неизменной бежевой водолазке и узкой твидовой юбке торопливо шагала к нему через зал. Она сдерживалась, чтобы не побежать, и маленькие каблучки так и вколачивались в пол.

– Привет, – Ричард обнял ее. – Как ты тут?

– Волновалась, – шепнула она.

Ричард почувствовал, что она нащупала пистолет у него под курткой, и кивнул. Ева улыбнулась, хотя взгляд так и остался встревоженным.

– Все хорошо? – спросил Ричард.

– Конечно.

Ева была не из тех, кто боится пистолетов, но, будь ее воля, она, конечно, запретила бы Ричарду работать с Домом будущего. С ее точки зрения, сидеть со скованными руками в прозрачном ящике с водой, пока на тебя пялится целый зал, было куда менее рискованно. Она, в конечном итоге, и сама знала, как выбраться оттуда.

Ричард всегда говорил, что родился циркачом.