Узоры тьмы

На самом деле знает и беспокоится за мою безопасность. Но почему? Ведь в таком случае как раз он-то больше других должен желать мне смерти!

– Что-то еще? – увидев, что я не ухожу, вопросительно поднял бровь архимаг.

– Скажите, – я замялась, – вы ведь знаете, кто я для Арта?

– Конечно. – Анхайлиг равнодушно кивнул. – Думаешь, в другом случае Артур отказался бы от бессмертия? Не будь ты алиантой, ему было бы абсолютно плевать, убьет тебя Визул или нет.

– Но тогда почему вы мне помогаете? – с непониманием уставилась я на него.

 – Вы ведь ненавидите вампиров, и Велиар их ненавидит! Вам ведь просто меня убить!

Анхайлиг резко встал и отвернулся к окну.

– Раньше бы и убил, – глухо сказал архимаг, и я вздрогнула. – Но теперь у меня много обязанностей, Тень. В них входит защита Академии и города. Если ты умрешь, Артур устроит здесь бойню в лучших традициях Грега Кровавого, а это не та цена, которую я готов заплатить.

Я с сомнением поджала губы. Слабо верилось, что из-за меня Арт может настолько обезуметь.

Учитывая, насколько я ему не подхожу, скорее он, наоборот, обрадовался бы. Мало ли, может, потом еще кого встретит, более подходящего. Вот если бы была возможность найти хоть кого-то мне на замену!

Да, мне было бы больно, очень больно, но я люблю Арта. И именно поэтому не могу просто так смириться с тем, что по моей вине он навсегда останется один, без наследника.

– Интересно, а он может как-то от меня отказаться? – поразмышляла вслух я. – Обряд какой-нибудь провести, богиню попросить…

Анхайлиг обернулся.

Во взгляде архимага промелькнуло любопытство.

– Нет, – ответил он. – Этот выбор от вампиров не зависит. Ты ведь знаешь о том, как возникла их раса?

Я кивнула. Легенду о вампирах год назад рассказал мне Ари. Согласно древним преданиям, когда-то очень давно бог смерти и загробного мира Грент сжалился над страданиями одного из людей, потерявшего возлюбленную. И уж неизвестно почему, но даровал этому человеку возможность вернуть ее с того света.

Касание Грента и его дар изменили мужчину – слишком много он впитал тьмы и магии смерти. Так появился первый вампир. С той поры любой человек, которого касалась воскрешающая сила вампира, становился подобным ему, хотя и не настолько сильным.

– Их чувство – дар и одновременно проклятие, – пояснил Анхайлиг. – Слишком они связаны. Это люди в любой момент могут свободно уйти к кому-то еще, а для вампиров подобное неприемлемо: все противится этому.