Проклятие некроманта (сборник)

Хватит с меня, пойду спать.

4

Я совершенно не выспалась и приползла на завтрак с измученным видом. Троица уже была тут. Серж постоянно зевал, а Талон, не моргая, смотрел в одну точку. Казалось, он просто спал с открытыми глазами. Ари выглядел нормально, только более хмурым, чем обычно, да ярко-оранжевый взгляд потускнел. Остальные некроманты бросали на ребят редкие недоуменные взгляды, но вопросов не задавали.

В столовой царило нервное оживление – адепты гудели, что-то обсуждая, но до нашего стола никаких разговоров не доходило.

Савелий ждал нас у входа в подземелье и сразу повел в десятую аудиторию, дверь которой была мне очень хорошо знакома. Мы с эльфом напряженно переглянулись.

– Вот и тренировочная, – сказал магистр, отпирая дверь и снимая охранное заклинание. – Склад скелетов и материалов для отработки зомбирования. Вообще-то раньше мы дверь не закрывали, но после одного неприятного случая пришлось.

– Какого? – поинтересовался Визор.

– Пару лет назад светлые адепты-первокурсники совершили сюда набег с целью похитить кости и захоронить, а заодно и освятить «бесовское место». Очень принципиальные оказались и к делу серьезно подошли. Мы потом еле выяснили, куда они кости закопали, да еще пришлось благос рассеивать, иначе тут ни один скелет поднять нельзя было. Вон там в углу, – Савелий махнул в сторону туши саблезубого медведя, – сторожевой зомби.

Пока мы рассматривали аудиторию, неожиданно зашел Анхайлиг. Весь вид магистра выражал крайнее недовольство. Савелий вопросительно посмотрел на руководителя, а у меня в душе все сжалось от нехорошего предчувствия.

– Сами признаетесь, кто над куриными останками ночью глумился? – спросил Анхайлиг.

Серж с тяжелым вздохом поднял руку. Потом мы с эльфом и Талоном.

– Н-да. – Анхайлиг укоризненно оглядел нас. – Вот от тебя, Тень, точно не ожидал.

– Да что такого страшного-то? – буркнул Серж.

– Действительно, чего? – Магистр посмотрел на адепта. – Ночью меня разбудили перепуганные повара с криками, что из-под земли рядом с мусорной кучей стали проклевываться куриные головы.