Невеста по приказу

 – Она посмотрела на камеристку в упор. – Что бы я ни делала, какие бы правила ни нарушала – если это не несет опасности для чьей-либо жизни, ты просто отводишь взгляд и делаешь вид, что ничего не заметила. Понятно? Если вдруг тебе покажется, что я перегнула палку, ты говоришь об этом очень аккуратно, так, чтобы никто не слышал. Хорошо? Ну и последнее… Мы едем к моему жениху, а у меня свои методы очаровывания мужчин, поэтому если я велю тебе намазать лордовские трусы горчицей, ты послушно пробираешься в его апартаменты и исполняешь задуманное.

Как сможешь – без энтузиазма, без творческого подхода, но четко и целенаправленно. Договорились? Можешь отказаться и уйти по собственному желанию… либо добро пожаловать в новый мир под моим чутким руководством.

Матильда беззвучно захлопнула рот.

Лиля буквально видела, как мысли бушующим потоком наполняют ее бедную головушку. Видела, но ничего не добавила. Пусть сама решает. Не маленькая девочка. Сколько ей лет? Тридцать? Тридцать пять? Пора бы уже знать законы природы: выживает сильнейший.

А кто главный в этом мире? Тот, у кого власть. Гм… пожалуй, дальше уточнять смысла нет.

– Миледи, – подала голос камеристка.

– Да?

– Я не хотела бы терять место.

– Должна признаться – неожиданно. Я-то полагала, что настолько тебе противна, что предпочтешь уйти восвояси, нежели потакать требованиям.

– Я привыкла к Златодолу.

– Напомни, как давно ты в замке?

– Около года.

Лиля усмехнулась:

– Немалый срок. Ну что ж, ступай в карету.

Пора выезжать. И, Матильда… надеюсь, ты не забыла блох?

– Нет, миледи, – скривилась служанка. – Они при мне.

– Отлично.

Неизвестно, чем руководствовалась камеристка, когда соглашалась на условия. Возможно, ей и впрямь некуда идти, и она предпочла доходное место с сумасбродной хозяйкой полуголодному существованию. В любом случае правила озвучены, и всякое их нарушение карается немедленным увольнением. Только глупец совершит ошибку дважды. А Матильда глупой не была.

Лиля поправила манжеты. Время поджимало. Хочешь или нет, а ехать надо.

Но стоило выйти в коридор, как вновь появился Артемис:

– Поставила ее на место?

– Не переживай, – подмигнула Лиля. – Думаю, Мотя больше не будет иметь никаких претензий.

– Почему ты ее так странно зовешь?

– Что значит «странно»? Матильда, Мотя. Вполне обыкновенно.

– Не для нашего общества.

– Могу тебя сократить до Тёмы. Хочешь?

– Нет, избавь, – покачал головой маг.