Глория. Пять сердец тьмы

– Угу, – только и смогла выдавить я в ответ.

От накатившего чувства благодарности уголки глаз защипало. Впервые за всю жизнь кто-то, кроме тети Файлины, беспокоился обо мне. По-настоящему, искренне сочувствовал и пытался подбодрить.

Что ж, кажется, родственница в очередной раз оказалась права. Кем бы ни был Винсент на самом деле, все мои бывшие ухажеры ему и в подметки не годились.

Присев на лавочку у столба с тускло мерцающим изображением воздушного дилижанса, я пристроила сумку рядом. Потом вдруг поняла, что у моего спутника никаких вещей, кроме дорожной сумки-кошелька на поясе, с собой нет.

И с беспокойством спросила:

– А где твои вещи?

– Дома, в столице. – Винсент хмыкнул. – Веришь, у меня вообще времени на сборы не оказалось. Я как о заказе услышал, так за тем наемником сразу и двинулся. Тут уж не до вещей – главным было его из вида не потерять… о, а вот и наш дилижанс! И впрямь, едва успели.

Я повернула голову и действительно увидела появившееся вдалеке «тряское орудие пытки».

Из старых моделей и, судя по почти касающемуся земли днищу, с практически пустыми воздушными кристаллами.

Из груди вырвался невольный стон. Еще несколько часов страданий!

Впрочем, тут же себя одернула и укорила. Нашла о чем переживать. Уж болтанка в дилижансе – это самая меньшая из проблем!

Дилижанс оказался практически пустым, что позволило нам сесть на передние места. По словам Винсента, впереди укачивать должно было меньше.

Именно этим я себя на протяжении всего пути и успокаивала.

Потому как, несмотря ни на что, трясло нас нещадно. Разговаривать в таких условиях не представлялось возможным – слишком велик был риск откусить себе язык на очередном ухабе.

Размышлениями о будущем тоже решила не задаваться. Слишком надоело изводить себя бессмысленными рассуждениями, которые в итоге все равно приведут к мыслям о скорой смерти. Поэтому, привалившись на жесткую спинку кресла, я прикрыла глаза и постаралась немного подремать.

До Сердара добрались только к ночи.

Правда, вышли мы не на конечной остановке у Извозного двора, а чуть раньше: к порталу-то уже опоздали. А где-то здесь неподалеку, по словам Винсента, он утром видел вывеску гостиницы.

В свете уличных фонарей разглядеть подробно улицу и дома лично мне не представлялось возможным. А, следовательно, и определиться с местоположением. Впрочем, это и не потребовалось. Винсент, стоило нам выйти из дилижанса, практически сразу подхватил меня под руку и повел вперед.