Факультет выживших

Так что поужинаем в малой столовой, где обычно собирается наша семья.

– Хорошо, – не стала спорить я.

Какая, по сути, разница? Зато замок посмотрю, тем более, есть на что. В отличие от пафосных зданий и дворцов моего мира, и даже интерьеров Иары, которые мне уже довелось увидеть, главным достоинством Пепельного замка был он сам. Его архитектура, его удивительное обсидиановое стекло, в котором кто-то вырезал причудливые узоры и заполнил странным, искрящимся серебристым металлом.

– Металлид, – пояснил Алан, когда я, не выдержав, спросила, что это такое.

– Потрясающе, – оценила я. – Никогда не видела ничего подобного.

– И не увидишь, – заверил Алан. – Специалистов, способных повторить работу такой сложности, на пальцах одной руки пересчитать можно. И все они находятся в Домене Пепла.

И я действительно увидела.

За очередным поворотом коридор разделился. Правая его часть шла дальше, а левая вела к мосту-галерее, который тянулся над ущельем, соединяя башню с остальным замком. Сделан он был из того же обсидианового стекла, стены и свод которого переплетались ажурными прозрачными нитями, словно тончайшее невесомое кружево.

Такие мосты тянулись от каждой башни, создавая вокруг Пепельного замка удивительную ювелирную оправу.

Я замерла, не решаясь ступить на кажущийся хрупким и ненадежным обсидиан, хотя и понимала, что это ощущение обманчиво. А еще одновременно со страхом дух захватывало от вида на скалы, бесконечное небо, на багрово-синем бархате которого вспыхивали первые звезды, и пропасть под ногами, погрузившуюся в густую вечернюю тень.

– Впечатляет? – правильно понял мое состояние Алан и улыбнулся с легко угадываемой гордостью.

Впрочем, сейчас он имел на это полное право.

– Да, – не стала отрицать я. – Я и раньше слышала об архитекторах Домена Пепла, но и половины такой красоты представить не могла.

– Теперь и представлять не надо, просто гордись за наш Домен, – посоветовал Алан и подтолкнул вперед.

– Обязательно, – кивнула я, мысленно нервно хмыкнув.

Думать о Доменах и о том, как избежать замужества сейчас вообще не хотелось. Хотелось просто поесть в спокойной обстановке, а уже потом, в одиночестве, собраться с мыслями.