Факультет изгнанных

Кто и почему – догадаться было нетрудно. Александр собирался продемонстрировать Яну Совету, но нападение на нас с лордом Балором развалило легенду о непричастности Лиард к Изменчивым полностью. Поддерживаемые жизнетворцами варданцы не могли упустить такую возможность избавиться от нас и, судя по всему, на Совете застали Яну и Александра врасплох.

«Значит, Александр тоже может оказаться мертвым?»

Пришедшая на ум мысль заставила сердце испуганно сжаться. Только не это!

Несмотря на то, что к Александру я испытывала крайнюю неприязнь, его смерть грозила катастрофой.

Ведь никто, кроме него и лорда Балора, не знал, где находится мой мир! И если оба моих «создателя» погибли, я больше никогда не смогу увидеть родителей!

Для измученных нервов это стало последней каплей. Жгучие слезы хлынули сами собой, и я разрыдалась. Слишком много на меня свалилось. Слишком!

Взять себя в руки удалось лишь через несколько минут и только благодаря пониманию: слезами ничего не изменишь.

Чтобы выжить и выбраться отсюда мне нужна ясная голова.

Стерев тыльной стороной ладони последние слезы, я вновь потянулась к браслету. Нужно было просмотреть заметку Аллориана по мимикрии и постараться стать как можно менее похожей на саму себя.

К сожалению, по окончанию чтения пришлось констатировать, что мой предок изменением внешности особо не интересовался. Большая часть его воспоминаний касалась лишь того, что удалось узнать и подслушать, используя эту способность.

Аллориан лишь отмечал, что мимикрия появилась благодаря защитным свойствам организма Изменчивого, а не магии, и поэтому зависит от личного желания, подкрепленного сильными эмоциями.

Что ж… эмоций у меня было более чем достаточно. Оставалось только пожелать.

А это оказалось не так-то просто!

Начала я с волос. Старалась как могла, даже озвучивала желание вслух и пугала себя страшными последствиями возможного обнаружения, но цвет волос не изменялся ни на йоту.

Пришлось несколько раз пересмотреть и прочувствовать заметки предка с моментом его преображений, чтобы понять, какие эмоции мой дражайший предок считал достаточно сильными. А, уловив закономерность в его мыслях, нервно хмыкнуть. Ну конечно! Самым важным для Изменчивого являлась не гипотетическая смерть, а вполне практическое продолжение рода. И, соответственно, максимальная схожесть с теми, кто мог для этого подойти.