Две короны

Нет, ну надо же! Она, оказывается, все это время общалась с магом! Интересно, на каком курсе учится Влас? Выглядит он весьма молодо… Впрочем, не время об этом размышлять, сейчас необходимо сосредоточиться на поступлении.

Остановившись на этой мысли, Лана направилась к регистратуре. Но, едва увидев огромную очередь таких же кандидатов в адепты, обреченно вздохнула:

– М-да, придется ждать. И, похоже, долго.

Бросив приобретенную сумку с вещами на землю, кудрявая прикрыла глаза и стала вспоминать все те сладости, что видела на рынке.

То, что она теперь обязана достаточно сильному магу, девушка уже осознала. Ситуация не самая радужная, но мучиться догадками и предположениями было бы глупо. Когда колдун захочет получить долг, сам явится и скажет, что нужно сделать. Конечно, на первый взгляд Влас не производил впечатления скользкого типа, который хочет провернуть девичьими руками грязное дельце.

Девушка поморщилась от собственного бессилия и выглянула из-за спин впереди стоящих. До заветной двери было еще очень далеко.

– Этак мы тут весь день проторчим, – мрачно подтвердил подозрения полуэльфийки стоящий неподалеку парень. – Эх, чуял я, надо было поторопиться и приехать в первый день, а не в последний!

– А если не успеем пройти? – раздался еще один встревоженный голос.

– Тогда придется ждать до следующего года, – вздохнул первый.

Такая перспектива девушке определенно не нравилась. Подхватив сумку, Лана решительно двинулась вдоль вереницы поступающих. В очереди раздались недовольные выкрики, а кто-то даже попытался прочитать девушке нотацию о приличии.

Высказывание полуэльфийка оставила без ответа. Вместо этого, увидев, что из дверей выходит очередной счастливчик с допуском, Лана резко ускорилась и в момент оказалась рядом с входом. Отпихнув собиравшегося войти паренька, девушка почти влетела в маленькую приемную и бесцеремонно захлопнула дверь перед недовольными абитуриентами.

– Уважаемый, я на ведьмачество поступать! Вот, держите! – выпалила полуэльфийка и протянула свою рекомендацию.

Тот поморщился, но бумагу взял и развернул. Пока вчитывался, хмурился и шевелил губами. Но когда дошел до конца писульки, глаза его широко распахнулись.