Все плохое уже позади. Плохое позади

К тому же я переживаю, что из-за дружбы с вами у моей семьи могут быть неприятности.

– Еще в самом начале я поговорил об этом с твоим отцом. Кеннатий сказал, что никаких неприятностей не будет. Все советские специалисты тесно общаются с иностранцами, и не только с американцами. Они так же бывают в деловых поездках, принимают участие в переговорах и совещаниях, часто мы просто собираемся в дружеском кругу. Кстати, твой отец тоже летит в Бразилию. Планируется серьезное совещание по вопросам освоения новых месторождений ниобия.

США, Нью-Йорк, квартира родителей Наташи, воскресенье 14 июня 1987 года

– О чем речь? Конечно же, оставайся у Престонов, – сразу разрешила дочке Лариса и многозначительно посмотрела на супруга, тот неопределенно пожал плечами.

– Ну, как-то неудобно, приехала к вам, а живу у совершенно чужих людей, – пробормотала Наташа. Она зашла в квартиру родителей, чтобы взять кое-какие вещи, Мэтт с детьми ждали ее внизу.

– Хотя мне очень жалко детей, они совсем никому не нужны. Никому до них нет дела, ни родным людям, ни воспитательницам…

– Вот и займись их воспитанием, как знать, может это твои будущие дети? – Лариса снова посмотрела на Геннадия.

Тот был более сдержан в эмоциях, – ну, не надо так торопиться, – обратился он к жене.

– А никто и не торопится, – мгновенно отреагировала она, – я просто призываю ее присмотреться. А потом, это нечестно с твоей стороны не поддержать меня. Еще вчера вечером ты всецело разделял мою точку зрения, и согласился, что лучшей партии, чем Мэтт, Наташе не найти. Ну, в смысле, что пока на горизонте нет ничего подходящего.

– Ну, я же не собираюсь замуж, – возмутилась Наташа, – и вообще мне еще восемнадцати нет.

– Не успеешь оглянуться, как исполнится. А вернешься в Союз, посмотришь, как подружки начнут замуж выскакивать, и следом рванешь. Дурацкое дело не хитрое. А за кого? За Стаса? – мама слегка поморщилась, – фу, солдафон.

– Между прочим, такой же солдафон, как твой родной отец. Есть такая профессия родину защищать, – недовольно произнесла Наташа, – ничего плохого в этом я не вижу.