В погоне за мечтой, или Как не убить попаданку

[1 - Отсылка к первому роману цикла "В погоне за женой, или Как укротить попаданку"]

– А если я скажу, что просто соскучился, ты не поверишь? – развеивая дымку перехода и приближаясь к сестре, состроил заботливую рожицу, зная, что она на неё поведётся и с удовольствием вытянул ноги, усаживаясь в удобное кресло, появившееся по желанию сестры. – Давно не видел тебя, вот и заглянул.

Сработало, как всегда, Жизнь сперва скептически оглядела его, но видя честное лицо, смягчилась.

– Поверю, я тоже соскучилась…

Говорили они тогда долго, вспоминали детство и свои проказы, смеялись, шутили.

– А из какого Мира та странная девушка, с которой ты недавно пила? – глаза Жизни блеснули и только здесь он понял, что в них было удовлетворение и радость, только от чего, он понять так и не смог.

Уже имея на руках координаты того странного не магического мира, ещё какое-то время метался: идти туда или нет. Сложное решение даже для Бога.

Издалека Земля, так назывался этот странный Мир, показалась ему сияющей драгоценной жемчужиной, плывущей в своём вечном движении по орбите звезды. А опустившись на поверхность, задохнулся от хлынувшей в него энергии. От её переизбытка он буквально опьянел, просто купаясь в разлитой неистраченной удаче, бесхозной и невостребованной.

Россия ему понравилась больше иных стран, вот и гулял он тут по Арбату пьяный, шальной, улыбаясь прохожим и ему было абсолютно все равно как смотрят на него, на этой улице и не таких фриков можно было встретить.

Ещё вчера он “отрывался”, какое точное определение, на “Нашествие” и получал удовольствие от драйва. А сейчас он ушёл с дискотеки Privilege на Ибице, где “тусил”, с двумя девчонками. Но они где-то потерялись в Московском метро, после того, как он прихватил их с собой, устав от бьющих по ушам ритмов и раздражающей глаза цветомузыки. Захотелось покоя и тишины.

Резкий, как толчок в спину, крик – мольба чуть не сбили Бога с ног. Поблас остановился и мотнул головой. За те дни, что он тут, уже научился не слышать, но этот крик отчаянья пробился сквозь все барьеры. Как бы не был мужчина пьян и расслаблен, натура Бога не могла пропустить такую яркую, в своей искренности, молитву.