Назови Его Моим Именем. Книга 3

– Утром у меня самолет, – говорила она уже тверже, – я надеялась, что через несколько часов навсегда покину эту сраную страну с ее сраными жителями. И больше даже думать не буду о вас всех. А вы приперлись, и я теперь обязана отчитываться тут. Я!

Возвела она палец вверх. Но увидела, что Михаил Станиславович насупил брови, отшатнулась.

– Вы не тронете меня. Это уголовно наказуемо. Я предупредила кое-кого, если меня не будет в назначенное время в аэропорту, то будет звонок в полицию.

– Даже пачкаться не станем, – с угрозой в голосе ответил ей бывший свекор, – но это была моя внучка.

– Это я! – Венера пятилась назад и продолжила, когда оказалась за диваном, – Я! Тут пострадавшая сторона. Я столько времени провела рядом с нею. Я ездила по миру в поисках лечения и врачей. Ночей не спала. Не я полезла под чужие юбки за новыми ощущениями. Он даже ту девицу не привел в суд. Нас так развели. Отказался, чтобы она показания давала. Знает, что виноват.

– Он согласился с условиями брачного договора и не обманул тебя, Венера. Отдал все, что ты затребовала. Так?

– Ну, так, – глаза ее бегали, – значил, знал, что виноват.

– Не факт, – шагнул ей навстречу Михаил Станиславович, – он думал о ребенке. Ты шантажировала его дочерью. Он думал, сделает, что ты хочешь, и ты отдашь ему Олю.

Она шарахнулась и отбежала на несколько шагов.

– Не приближайтесь ко мне, – крикнула она, – убийца!

– У тебя есть доказательства? – громче сказал мужчина, – Это серьезные обвинения.

– Отец, – выдавил из себя Влад, – пошли. Тут нечего больше делать. Пусть только скажет, где могила Оли.

Михаил Станиславович подошел к сыну. Родители взяли Влада под обе руки, и все пошли на выход.

– Мои люди, – повернулся свекор вполоборота к Венере, – проводят тебя до аэропорта. Проследят, чтобы ты улетела благополучно.

Венера осела на пол и разрыдалась. Подошла служанка и тронула ее за плечо.

– Пошла вон! – замахнулась Венера на девушку, – все вон! Вон! Вон!

У Влады особого настроения не было. Последние несколько недель были трудными и физически, и эмоционально. Она не знала, как бы она все пережила, если бы, не Оленька. Всю себя она посвятила дочери. Само присутствие девочки отвлекало и успокаивало.